Мемор не успела еще толком удалиться от серокожей громыхающей туши, как очередной залп силов, рикошетировав от килевой кости, пробил один из водородных пузырей и внешнюю стенку туловища. Конечно, пушкарям просто повезло, но Мемор в это время находилась неприятно близко и в деталях пронаблюдала, как накатывает на спасательную шлюпку ударная волна от взрыва водородного пузыря; малого не хватило, чтобы шлюпку сбило в смертоносное рыскание и послало кувыркаться к земле. Мемор вздрогнула, услышав долгий пронзительный вопль небесной рыбы, означавший, что той пришел конец.
Мемор поймала себя на том, что молчание под неожиданным приливом воспоминаний слишком затягивается. Подсознание тогда не обработало травматические переживания, но и сейчас для них поистине нет времени.
– Я всего лишь высказала несколько предложений капитану в горячке момента.
– И после твоего побега стало еще жарче, – с брезгливой лаконичностью подытожила Асенат, глядя на Мемор сузившимися глазами.
– Не решись я сбежать, вы бы мало что узнали о случившемся.
– Ты отдаешь себе отчет, что уже в немилости?
– Я отдаю себе отчет в том, что мои действия не встретили всеобщего одобрения. С приматами нелегко сладить, поскольку их ментальные структуры работают в примитивных режимах. Нам давно уже не приходилось встречаться с подобными существами.
– Ну, по крайней мере, ты сумела вернуть себе одну из особей, сбежавших ранее. Остальные же, насколько можно судить, разделены на два отряда: те, кого нам так и не удалось пленить, скрываются где-то среди силов, а другие четверо вернулись на свой звездолет. Последнее особенно возмутительно. Их кораблю каким-то образом удается маневрировать так, что гамма-лазеры на ободе бессильны выцелить его.
– Да, это чрезвычайно досадно. – Мемор зарябила янтарными и серовато-синими перьями, выражая всемерное раскаяние. – Однако мне хотелось бы подчеркнуть, что наши системы обороны специально устроены так, чтобы их орудия не могли нацелиться внутрь Чаши; это решение было принято Древними давным-давно, после восстания Максимизаторов.
– Твои знания истории точны. К сожалению, движение Максимизаторов не искоренено полностью, и я опасаюсь, что им-то приматы и обязаны сведениями об этой прорехе в нашей обороне.
– Я этого не знала! – Удивление Мемор было непритворным; воистину скверная новость, но, если рассудить, старая прореха в системах защиты вряд ли могла бы проявиться в более подходящий для таких целей миг, чем при вторжении Позднейших Захватчиков.
– А это и не твое дело, Мемор. Сосредоточься на Позднейших Захватчиках.
– Вы имеете в виду, на их поимке и уничтожении?
Так было бы проще всего, а заодно и Мемор вывела бы себя из-под удара. Впрочем, она бы потом жалела о потере приматов, ибо архаичная таинственность этой расы будоражила ее любопытство.
– Нет! Я склонялась к такому решению прежде, но теперь приходится учитывать новые факторы. Чтобы постичь их, а также по соображениям секретности, спустимся в Убежище.
У Мемор из Подсознания поднялась рябь неуверенности. За консультациями в Убежище по приятным поводам не спускаются.
– Но зачем?
– Об этом тебе придется спросить Унаджьюханах, библиотекаря Убежища.
Само по себе это предложение так озадачило Мемор, что ее охватил ужас.
Про Унаджьюханах рассказывали старую шутку, что она любит распевать древние песни на общественных церемониях, даже на похоронах. Когда ее спрашивали, произошло ли такое на очередной церемонии, Унаджьюханах всегда отвечала, что нет, и тут же получала подначку:
– Приветствую тебя, Асенат, – Унаджьюханах начала разговор с ритуального перьевого салюта – серо-фиолетовой ряби. Выяснилось, что при этом ее высокое оперение воссоздает Великую Печать Убежища; зрелище немало впечатляло. Мемор даже заметила белый просверк на месте официального девиза древних времен, что ныне уже не поддавался толкованию, однако сохранял символическое значение. На Печати он поблескивал безмолвным напоминанием о долговременных целях Чаши и, следовательно, Убежища.
Асенат представила библиотекарше Мемор; впрочем, необходимости в том не было, поскольку Унаджьюханах взмахом перьев прервала пересказ биографии Мемор и обратилась к ней напрямую.
– Мемор, я с интересом прислушаюсь к твоему мнению, ибо знавала великих твоих предков и в определенном долгу перед ними. Самим нынешним существованием обязана я тому обстоятельству, что много поколений назад некая НароДама воспротивилась беспорядкам, непосредственно угрожавшим Убежищу, и встала на его защиту. Эта древлеПтица ныне предстала передо мною снова, ибо малая толика ее генетического наследия присутствует в тебе.
– Весьма признательна вам, – отвечала Мемор, сопровождая слова простым мягким розовым сигналом перьевой бахромы на шее.
– Есть у меня для тебя своеобразный сюрприз, дабы могла ты затем в полной мере предаться дискуссии. Вот твоя вторая половинка. – Унаджьюханах выдержала паузу и возвысила голос: – Войди же, Бемор.
