Роман "Корах" раскрывает тайны и смыслы библейских историй, приглашает заглянуть в сокровищницу религиозно-философской традиции. В центре повествования – известные каждому, а также менее знаменитые герои священных книг. Древние сюжеты не утратили своей актуальности на протяжении веков; заложенные в них идеи угадываются и в нашей повседневной жизни. Узнаваемость прошлого приглашает вернуться к его урокам, переосмыслить, примерить эти идеи к себе. Пути человека и Бога чудесным образом вновь сходятся на узких перекрестках мироздания. Оттого этот мир и притягивает, интригует, заставляет говорить о себе в течение уже трех с половиной тысяч лет. Путешествие по лабиринту хитросплетений Торы в поисках взаимосвязей – одна из самых занимательных наук, подаренных нам духовным наследием. Одно можно сказать с уверенностью: листая этот роман, вы прикоснетесь к тому, что хочет донести до нас Книга книг.
Преодолев путь через века и эпохи, библейские рассказы не перестают удивлять своей актуальностью. Черпаешь из этого колодца мудрости, а дна все не видно, да скорее всего и нет никакого дна.
Тора не говорит о вещах очевидных, понятных из общечеловеческого опыта. Красота божественного откровения в том, что оно доносит до нас нетривиальное, к чему непросто прийти самим, но без чего нельзя обойтись. Пытаясь разобраться в калейдоскопе историй, мы то и дело сталкиваемся со странностью действий героев, неясной мотивацией поступков, когда истинные причины упрятаны за занавесом буквального прочтения. Выявление внутренних связей и раскрытие тайных смыслов – одна из самых занимательных наук, подаренных нам духовной традицией.
Внешние события являются лишь матрицей, на которую накладывается эволюция героев. Безусловно, матрица эта определяющая, она одновременно и сцена, и действие. Не в нашей воле изменять сюжеты— все записано в древних книгах. Имена персонажей также известны, и вряд ли стоит выдумывать новые. Способы толкования сохранены и переданы через века. Что же можем привнести мы?
Тора скупа на эмоции. Симпатии и предпочтения остаются вопросом нашего выбора. Именно это позволяет нам, основываясь на собственном опыте, увидеть мир глазами ее героев, понять динамику их развития, их мысли, переживания, надежды. Все то, что не отпускает, заставляет вновь обращаться к этим историям, наполняя их жизнью в любые времена и на любой земле. Это попытка сохранить знания и чувства людей, способ разговора сквозь прошлое.
Библейские сюжеты строятся от абстрактных моделей к конкретным эпизодам. Поэтому темы повторяются, получая новое развитие. Одна и та же идея формулируется в начале в терминах творения мира, затем применительно к человеку, потом— к большой семье, и наконец, к социуму. От высоты божественного замысла нас приводят к простым основам человеческого бытия.
Обретая свободу ради свободы, люди часто не знают, что с ней делать и куда себя применить. Выход из Египта— это не самоцель, а лишь путь к достижению цели – получение своей роли в союзе с Творцом. Это модель освобождения от рабства, в первую очередь духовного.
Текст Писания порой сложен для понимания, запутан и противоречив. Для осмысленного прочтения, а тем более, глубокого проникновения необходимы ключи, передаваемые устной традицией от учителя к ученику уже в течение трех с половиной тысяч лет. Они открывают четыре уровня толкования: простое понимание, чтение между строк, разъясняющие притчи и тайное знание. Такими ключами охотно оперируют герои повествования, что позволяет нам почувствовать себя исследователем со средневековой гравюры, который, проткнув небесный свод, наблюдает работу скрытых небесных механизмов.
Чередуя общий и крупный план, вслед за героями мы проберемся по чертогам Пятикнижия. Исход евреев из Египта (книга
Надеюсь, что прохождение через лабиринт хитросплетений покажется легким и занимательным. Одно можно сказать с уверенностью: листая этот роман, вы прикоснетесь к тому, что хочет донести до нас Книга книг. И пускай каждый найдет выход из своего Египта.
Когда в начале я решил наполнить вечность,
Где одиночеством зияла бесконечность,
Еще не создал я имен, не ведал, где я,
И словно пламя в пустоте – одна идея.
Она жила во мне всегда, таилась, тлела,
Искала выхода, звала, рвалась, ревела.
Но не рождалось ни вопроса, ни ответа,
Лишь пляска черного огня в потоке света.
В исходных сферах я нашел баланс и меру,
Я создал буквы, ввел слова, придумал веру.
И, ни ядром еще не став, ни оболочкой,
Подолгу мыслями витал над каждой строчкой.
Рождались небо и земля, меж ними своды,
Ночь отделилась ото дня, разлились воды.
Земля наполнилась игрой и шумом жизни,
И мир вращался в идеальном механизме.
В нем не хватало лишь одной заглавной роли —
Того, кто сможет все менять свободой воли.
Тебя из замысла создам в последний день я,
В сокрытьи буду наблюдать твое взросленье.
Я дам завет, я сам его на камне выбью —
Придут видения, умчатся легкой зыбью.
Связав себя с тобой обещанным законом,
Я не останусь в одиночестве бездонном.
Прими ж скрижали, инструменты, и ограду,
Ты сможешь сам определять себе награду.
В тебе сольются свет и тьма, закон и милость,
Все то, что лишь с твоим приходом проявилось.
Для выполнения назначенной работы
Я помещу тебя в саду в канун субботы.
Мое творение, ты справишься неплохо,
И мне в безвременье не будет одиноко.
…
