В ходе Второй Мировой войны первая половина 1942 года стала временем наибольших успехов держав оси на всех театрах военных действий. На Тихом океане Япония за шесть месяцев войны, с 7 декабря 1941 г. захватила огромную территорию от Аляски до Явы и от Бирмы до Соломоновых островов. Если про налет на Перл-Харбор и битву у атолла Мидуэй все слышали и даже смотрели кино, то про Коралловое море, Гуадалканал и Соломоновы острова мало кто знает. А именно там произошло то же, что и у нас в Сталинграде, коренной перелом в войне на Тихоокеанском театре мировой войны. Конечно это была совсем другая война без танковых сражений, без прорывов линии фронта, окружений и котлов. Но по количеству задействованных сил и средств это были ни как не меньшие масштабы. Ведь только на одном погибшем авианосце Лексингтон был экипаж более 3000 человек, по стоимости же постройки он соответствует почти 650 танкам Шерман. А ведь это целая танковая армия! Основное внимание в книге обращается на действия авиации.
В ДАЛЁКОМ КОРАЛЛОВОМ МОРЕ.
В середине апреля 1942 года Ударное авианосное соединение адмирала Нагумо возвращалось в Японию после рейда в Индийский океан, позади были четыре месяца победоносных боёв. Операции первой фазы войны были с успехом завершены, разработку планов дальнейших боевых действий флота в японских штабах начали ещё в январе. Имелось четыре возможных стратегических направления наступления: северное (Алеутские острова, Аляска), южное (Австралазия), восточное (Мидуэй, Гавайи) и западное (Индийский океан, Персидский залив). В выборе стратегического направления столкнулись мнения двух органов управления флотом, Морского Генерального штаба (МГШ) и Командующего Объединённым флотом. Штаб Командующего Объединённым флотом адмирала Ямамото настаивал на восточном основном (Мидуэй) и северном отвлекающем (Алеуты) направлениях. Морской Генеральный штаб выдвинул теорию о первостепенной стратегической важности Австралии, там считали, что в силу своих размеров и выгодного стратегического положения она станет плацдармом для развертывания наступления на японский оборонительный периметр. Поэтому необходимо либо надёжно изолировать её от США и союзников, либо поставить под свой контроль, в январе после захвата Рабаула и всего архипелага Бисмарка, самые рьяные защитники этой теории стали требовать прямого захвате ключевых районов материка. Но командование сухопутных сил заявило, что для операции такого масштаба у армии нет ни достаточных сил, ни материальных средств. Поэтому усилия МГШ были направлены на разработку менее грандиозного плана изоляции Австралии путём захвата Новой Гвинеи, Соломоновых островов и района Новая Каледония – Фиджи. Армия согласилась на выделение своих сил дислоцированных в Рабауле, для участия в операции на Новой Гвинее и Соломоновых островах.
В начале апреля, когда Объединённый флот представил на согласование свой план нападения на Мидуэй (операция «МI» Сакусен), в Рабауле уже шла подготовка к высадке в Лаэ и Саламауа (северное побережье острова Новая Гвинея). Хотя 5 апреля МГШ дал согласие на проведение операции «МI», но о сроках её начала всё ещё шли ожесточённые споры, конец которым положил рейд Дулиттла на Токио. Атака столицы армейскими В-25 по японской оценке не способными взлетать с авианосцев убедила МГШ в первостепенной важности операции по захвату Мидуэя, откуда, по их мнению и вылетели эти самолёты. Как и хотел адмирал Ямамото, операцию назначили на начало июня, а в качестве примиряющего жеста он согласился на просьбу МГШ о выделение одной дивизии авианосцев из соединения адмирала Нагумо для прикрытия операции «МО» Сакусен – захвата Порт-Морсби и Тулаги. Из трёх дивизий ударных авианосцев для участия в операции можно было выделить только 5-ю дивизию («Дзуйкаку» и «Сёкаку»), так как авианосцы 2-й дивизии нуждались в плановом ремонте, а один авианосец из состава 1-й дивизии уже стоял в доке. Так превратности военной судьбы отправили в Коралловое море самые слабо подготовленные авиагруппы из состава 1-го воздушного флота, а будь на месте самолётов 5-й дивизии более опытные и прекрасно подготовленные экипажи 1-й или 2-й дивизий это была бы совсем другая история.
Согласно плана, разработанного в МГШ, японские войска должны были захватить Порт-Морсби и Тулаги в середине марта, сразу после высадки в Лаэ и Саламауа. Но во время высадки 10 марта по десантным силам в Лаэ и Саламауа нанесли удар американские палубные самолёты. Операция против Порт-Морсби и Тулаги была отложена, так как по данным разведки в районе Кораллового моря появилось американское оперативное соединение, состоящее из двух авианосцев, восьми крейсеров и дюжины эсминцев. Операцию решили возобновить только после того как 4-й флот будет усилен дивизией авианосцев и несколькими тяжёлыми крейсерами.
В конце апреля 4-му флоту был передан лёгкий авианосец «Сёхо», а в качестве усиления Ударное авианосное соединение – 5-я дивизия авианосцев в сопровождении двух тяжёлых крейсеров и шести эсминцев. Так как в начале июня эти корабли должны были принять участие в операции по захвату Мидуэя, то высадку в Порт-Морсби и Тулаги назначили на начало мая.
Во главе сил флота задействованных в проведении операции «МО» стоял командующий 4-м флотом вице-адмирал Иноуэ, со штабом на крейсере «Касима» стоящем в Рабауле, в его подчинении было семь корабельных соединений и 25-я воздушная флотилия базовой авиации флота, а также придавались 9 подводных лодок. Как всегда японский план не отличался простотой, с точки зрения стороннего наблюдателя это было дробление сил, но такая тактическая схема, отработанная на многочисленных учениях мирного времени, ещё ни разу с начала войны не подводила японцев.
