Кордон 17 полностью

Утро, а за окном невыносимая жара. Я подошёл к окну открыть сильнее створки, чтобы воздух в комнате хоть как-то протягивался сквозняком.

«Ладно. Это лето потерпим. Всё-таки в этом году обещал своих свозить на море. Но в следующем, скоплю денег и установлю кондиционер. Сколько он стоит? Десять-двенадцать тысяч? М-да. Зарплата за полтора месяца».

– Вань, у тебя когда отпуск? – вывела из раздумья жена Светлана.

Я улыбнулся: «И она никак не дождётся обещанной поездки».

– Через две недели. Сегодня напишу заявление.

– Петрович отпустит?

– Думаю, что да. По крайней мере, обещал ещё в начале года отпустить меня в августе.

– Верно. Ты говорил. Но, смотри, какая жара стоит, не отменят отпуска?

Этот вопрос меня больше всего волновал. Как-никак для лесничего, да ещё старшего пожарного расчёта, лето – это самая тяжёлая пора. За последнюю неделю только мелких, локальных возгораний, куда приходилось выезжать нам – бойцам пожарно-химической станции №10, было десятка два, если не больше. Но что поделать. Конец июля, а дождя не было уже почти два месяца и жара стоит под сорок. Очень тяжкое лето. Где-то читал, что очередной конец света намечен на две тысячи двенадцатый год, но почему-то лето две тысячи десятого выдалось настолько сухим и жарким, что старожилы села и не припомнят такого.

– Когда вернёшься?

– Сегодня пятница. С ребятами посидим чуток, поговорим. Женька проставляется с первой зарплаты…

– Это который?

– Я ж тебе говорил, Женька Ветров, что из города приехал погостить к своим на лето. Он в пожарную часть устроился, чтоб подработать, пока каникулы. Всё-таки первая зарплата у него.

– Так он в институт поступил?!

– Ну, да. Разве не знаешь?!

– Так говорили, что его в армию забрали.

– Врут.

– Тогда ладно. Посидите, поговорите, только чтоб домой сам пришёл, а не как в прошлый раз…

Я ухмыльнулся. Сколько она мне будет вспоминать этот «прошлый раз», целый год прошёл. Это я своё назначение в тот раз обмывал. Как добрался до дома, как открыл калитку, как прилёг в летней кухне – ничего не помню! Я хоть и не любитель выпивать, но как с коллективом не выпить, тем более являясь виновником торжества. Хорошо, что жена у меня понятливая. Да и частный дом имеет свои преимущества. Живём-то мы в посёлке, недалеко от города. Всего двадцать километров, но на работу приходится вставать в пять утра и ехать почти час по сельским дорогам, чтобы добраться до своей вотчины – третьего, самого дальнего лесничества.

– Всё, я поехал.

Несмотря на свои годы, УАЗик бодро ехал, поднимая за собой дорожную пыль, как заговорила всю дорогу молчавшая рация:

– «Кордон семнадцать» ответь «Базе». Иван, ты где? Ответь!

– Петрович, я уже подъезжаю. Минут через десять буду на месте, что-то срочное? – и чего это лесничему неймётся? Он же знает, что в восемь утра я всегда на работе.

– С диспетчерской передали, что южная граница второго лесничества,вроде загорелась. Твой расчёт ближе всех, поезжай, посмотри.

– Где конкретно, кто передал?

– Квартал четвёртый, возле дороги. Прям на границе с твоей зоной ответственности.

– Принял, – произнёс и отключился. Рассуждать, чей район, чья зона ответственности, не принято. За то время, пока согласовываешь, уточняешь, споришь, огонь может с небольшого очага разгореться до такой степени, что тушить придётся не один день, а сколько бед он может принести?! Если наш расчёт ближе, то надо съездить и проверить.

«Вот и начался очередной день», – подумал я, въезжая в ярко красные ворота. – «Надеюсь, что расчёт уже на месте. Хотя, у меня бойцы все, как на подбор, отслужившие в армии, некоторые с боевым опытом. Только один «молодой» – Женёк, двадцатилетний парнишка, примкнувший к нам на лето подработать. Сегодня, как раз у него первая зарплата…».

– Саныч! – вывел окрик Серго, первого номера расчёта, – до тебя Петрович докричался?

– Да. Прям, возле части достучался. Не знаю, что с рацией. То ловит за сотню километров, а то в трёх только треск помех.

– Так выезжаем?

– Все на месте?

– Обижаешь, командир.

– Тогда сейчас переоденусь и выдвигаемся.

– Без пересменки?

– Без. Время терять не будем. Передай, прошлая смена пусть идёт домой. Я журнал потом сам заполню…

«Р-раз!» – по привычке отдал себе команду и принялся надевать боевую одежду и снаряжение. Сверился с часами: двадцать шесть секунд. «Для норматива в составе отделения, хорошо, но вот индивидуально…», – поморщился я.

После армии, я вернулся в родное село и немного помыкавшись, устроился бойцом в пожарную часть. За год доказал, чего стою и меня направили в Институт МЧС учиться на заочное отделение. Благополучно его окончил и, видя моё рвение, а скорее недостаток кадров, меня позвали работать лесничим, о чём не жалею. Всё-таки и лесник, и пожарный в сельской местности специальность хоть и незаметная, но незаменимая.

– Командир! Расчёт к несению боевого дежурства готов! Больных, хромых, незаконно отсутствующих нет, – возле ярко-красной автоцистерны на базе УРАЛ, выстроился боевой расчёт: четыре бойца и водитель.

– Замечания? Жалобы? Кто не может нести службу?