Аэродром даже по военным меркам гудит. Машины, люди в военной и гражданской форме. На этой неделе организованно отбытие японских граждан (чиновников, гражданских специалистов, переселенцев, а также увечных солдат) на оккупированную американцами родину. Что ж, корейская земля никого не держит — особенно тех, кто ответственен за многочисленные военные преступления…
В основном, правда, эвакуация идет через порт Сейсина — с аэродрома отбывает только ряд избранных лиц. Так вот! По данным агентуры нашей контрразведки, резидент вернулся в Сейсин, намереваясь покинуть Корею морем. Вроде как даже названо намеченное резидентом судно и время его отправления… Татьяна в момент получения информации находилась на материке, ее временно вывезли контрразведчики Шапранова. Да только группу капитана дернули на поиск очередной партии биологического оружия, что японцы не успели вывезти на острова. В помощь СМЕРШу выделили и наш малый отряд… Грязные снаряды мы благополучно нашли — и тотчас получили приказ на вылет в Корею. Из тех, кто знает резидента в лицо, ближе всех оказалась Татьяна; кроме того, именно группа Шапранова в свое время планировала захват Минодзумы, так что капитану доверили довести дело до конца. Таня опознает резидента, контрразведчики его принимают, Василий и мушкетеры больше для подстраховки…
На аэродроме нас встретили четыре представительных мужчины в добротных гражданских костюмах — но с явной военной выправкой.
— Майор Луков! — представился старший по званию офицер с густыми русыми усами.
— Капитан Шапранов! — ответил наш круратор со шрамом.
— Как долетели? — чисто для проформы поинтересовался майор.
— Все отлично. — холодно бросил капитан, кивком головы указав на машины встречающих. — Можем ехать?
Луков также коротко кивнул, сделав приглашающий жест в сторону транспорта, а Вася бросил на меня многозначительный взгляд. Капитан, словно русская борзая взявшая след, из-за охотничьего азарта пренебрегает субординацией… Или же офицер с четырьмя звездочками на погонах имеет очень высоких покровителей в штабах, весьма ценящих командира оперативной группы.
Скорее всего, все сразу.
Четверо бойцов осназа и «миледи» втиснулись в одну машину, мы заняли другую. Майор также на представительной «эмке» поехал впереди, указывая нам путь.
— Товарищи офицеры, здравия желаю. — начал белесый водитель, на бледном лице которого жаркое корейское солнце оставило красные пятна. — Имею задачу вас проинструктировать.
— Будем весьма признательны. — кивнул Вася.
— Мы следуем в порт через город, но в самом городе не вполне безопасно.
Я глубоко вздохнул. В небе было как-то поспокойнее…
— В Сейсине до сих пор действуют законспирированные группы кэмпэйтай.
Кэмпэйтай, значит… Ну, про этих сволочей мы наслышаны — да и лично пришлось познакомиться в Харбине, при штурме местного жандармского управления. В сущности, вся деятельность «отряда 731» и его филиалов находились в ведомости кэмпэйтай — но не только.
Собственно, японская жандармерия — это аналог нацистского гестапо, и в годы японского господства кэмпэйтай наводила ужас везде, где «самураи» успели закрепиться… Да и на граждан родных островов. Под контролем военной полиции было практически все! Почта, фотографические лавки, железнодорожные станции, магазины, промышленные производства — везде жандармам был открыт путь. Но особенно тесные отношения поддерживались с публичными домами. Еще бы! Куртизанки издревле слышали и слушали то, что никто не должен был знать.
«Служба безопасности сухопутных войск» была организованна как военная полиция только номинально. По факту же кэмпэйтай была подотчетной только военному министру, прикрывавшему все преступления императорских псов… Настолько прикрывал, что чин жандармерии мог арестовывать военного на три звания выше себя! И именно сотрудники кэмпэйтай во время боевых действий принимали решение о казнях как военных, так и гражданских — после чего сами же и приводили их в исполнение.
Изначально в жандармерию набирались идейные добровольцы из военного и морского ведомства с идеальным послужным списком — и выслугой не менее шести лет. Позже начали призывать и сотрудников из министерства иностранных дел — было необходимо прямое знакомство со странами вероятных противников.
Форму жандармы носили обычную армейскую, но с черными воротниковыми петлицами на парадном кителе и повязку с иероглифами. В гражданском же их можно было распознать по хризантеме на лацкане…
Добровольцев в ведомство сразу же отправляли на годичную спец. подготовку в секретные школы. Там слушатели учились изменять голос и внешность, создавать взрывные устройства из бамбука и риса, быть преданными до смерти во имя Императора.
Я внутренне усмехнулся.
Солдат кэмпэйтай учили фехтованию, боевым искусствам, языкам, шпионажу и контршпионажу.
По окончанию обучения из школы выходили настоящие профессионалы. И звери…
