Остро посмотрев на меня, Гольтяев добавил уже совсем другим тоном:
— До Пхеньяна осталось всего ничего. Мы едва не догнали наших — но наверняка еще успеем догнать. Вон, как крепко стали корейцы огрызаться! А там, глядишь, в бой вступят и китайские коммунисты, и наши, уже советские летчики на МиГах… Уж они-то дадут янки прикурить в небе!
Новоиспеченное «пополнение» быстро выдохлось на подъеме в гору. Сказалось и отсутствие нормального питания в плену, и легкие раны, имеющиеся даже у способных двигаться бойцов… И нервное перенапряжение в ожидании расстрела — а также последовавшей за тем короткой схватки. Мы-то успели неплохо отдохнуть на дневном привале и могли бы идти дальше — но Гольтяев, принявший командование сводной группой на себя (среди спасенных нами нет офицеров), позволил людям отдохнуть. Да и то, какой смысл гнать измученных корейцев вперед? Все равно через километр, от силы два, просто падут на землю, словно загнанные лошади…
Бойцам раздали трофейную тушенку и галеты, между пополнением и ветеранами отряда понемногу завязался разговор — на затяжном марше в гору поддерживать его было довольно затруднительно.
— Юонг, уточни у них, есть кто местный? Раненым необходимо оказать медицинкую помощь, да и мы с носилками далеко не уйдем.
Товарищ согласно кивнул, после чего обратился к землякам; «тяжелых» ведь приходится нести на импровизированных, не очень удобных носилках — сразу вчетвером. Меняемся постоянно — но все одно ведь очень устаем физически, не успеваем восстановиться… Ну и темп движения заметно падает.
Один из раненых, получивший винтовочную пулю в живот, уже отошел. Другие без медицинской помощи не жильцы, а у нас из медикаментов только индивидуальные пакеты да порошок вроде стрептоцида…
Коротко переговорив с пополнением, Юонг отрицательно мотнул головой. Ожидаемо, но ведь могло же случиться хоть небольшое чудо… Как с Бао.
Не зная языка и не имея возможности самому расспросить новичков, я принялся изучать трофейный пистолет-пулемет — ругаясь про себя последними словами. Это же надо было сделать такое убожество! Ствол коротенький — значит, дальность и кучность стрельбы оставляют желать лучшего. Прицел для меня непривычный, апертурный — то есть не стандартные мушка и целик у дула, а диоптрическое кольцо с крошечной точкой-вырезом, размещенное на затворной коробке прямо над спусковым крючком! Ну и мушка, вынесенная на основание кожуха. Чтобы из диоптрия целиться при автоматическом огне? Да е-мае, они издеваются⁈ Я еще понимаю, на винтовках, где точность и дальность огня превалируют над скорострельностью, но чтобы на ПП… Очень долгое прицеливание — а в сумерках про диоптрий вообще можно забыть. И зачем-то переключатель режимов огня — на дистанции боя, не превышающей сотню метров? Н-да… Предохранитель как на ППШ — в смысле вырез под рукоять затвора в затворной же… Но ведь коробкой это не назовешь, это ж трубка! В рукопашной также без шансов, приклада просто нет — ну не считать же прикладом т-образный плечевой упор вроде тех, что были на германских МП-40? Так ведь у немцев он был хотя бы откидным…
Паша невольно заулыбался, наблюдая за тем, как я изучаю трофей — после чего, приблизившись, уточнил:
— Тут магазины на тридцать два патрона, как на немецких автоматах. Но ты имей в виду — лучше даже тридцать не заряжать. Двадцать девять потолок… Качество изготовления низкое, возможны задержки при стрельбе.
Я едва удержал крепкое ругательство, готовое сорваться с губ — но Гольтяев и так все прочел в моих глазах, коротко хохотнув. После чего решил чуть просветить меня:
— Когда англичане драпали из Дюнкерка, они не то, что тяжелое вооружение побросали, они даже личное оружие немцам оставили! Ранее у них была принята на вооружение лицензионная копия немецкого «Шмайссера» — не МП-38 Фольмера, к которому шли шмайссеровские магазины, а оригинальный пистолет-пулемет еще Германской войны, что немцы потом чуть доработали. Не иначе фрицам подарок оставили — у них ведь даже патроны одинаковые, 9×19 парабеллум… А когда спохватились, решили пойти по принципу максимально удешевления и упрощения конструкции — хотя и от «Шмайссера» многое взяли. Хоть тот же приемник магазина слева…
Согласно кивнув, я не удержался от колкости:
— Наши также разработали ППС в блокадном Ленинграде не от хорошей жизни. Но ППС — один из лучших в своем классе, а этот уродец просто какой-то Франкенштейн из мира оружия!
