Во власти Юнга были жизнь и смерть его воинов, контроль над зоной «Коридор» и всеми гангами Сеула. И уж конечно — жизнь и смерть этих девушек, по сути, бесправных рабынь. На этом фоне внимание, проявленное к Мэри, казалось лживым. У Юнга наверняка множество наложниц. Если он отрезает служанкам языки, просто чтобы не болтали, то с женщинами привык не церемониться.
Учитывая новые нравы мужчин Мегаполиса, проявившиеся после пробуждения, было бы странно, если б властелин самого мощного ганга — а «Кэмп Грей» фактически таковым и был, — не содержал бы гарем.
Только сейчас мисс Мэри обратила внимание на свою новую одежду. Помимо шелковых трусиков, на ней была тонкая туника-сетка, легкая и полупрозрачная, из воздушного, почти невидимого нейлона. Это — одежда? Она бы не удивилась, если бы ей принесли мужские камуфляжные штаны и военную рубаху. В них можно было бы выйти наружу. Пройти по туннелям, подняться на верхние этажи, если бы охрана позволила. А в этом? Добраться от постели до купальни и вернуться обратно. Рубаха, которую надевал на нее Бугай, была одеждой в большей степени, нежели юнговская обновка.
Схватив себя за плечи, Мэри затравленно осмотрелась, глядя на помещение уже совсем другими глазами. Огромная комната, бывший тир, с двумя выходами и двумя санузлами, переделанными в две широких купальни. Шикарные апартаменты угнетали. От первой радости не осталось и следа.
Забравшись под одеяло, мисс Мэри замерла. На огромной мягкой кровати с пуховой периной и шелковыми простынями она казалась себе букашкой, прикованной к бумаге тонкой иглой.
Однако мысли ее никто пришпилить булавкой не мог. Кусочки мозаики в голове девушки начали медленно складываться в единую картину.
Она направлялась в Инчхон.
Борт, летевший с востока, попал в возникшую червоточину. А когда самолет прошел через эпицентр, бозон исчез. Господь отвернулся от своих чад.
Самолет разбился.
Она очнулась на причале, целая и невредимая.
Что это было? Совпадение? А может быть, нечто большее?..
Следующим утром полковник Юнг разбудил мисс Мэри, нежно погладив ее по руке.
Девушка дернулась и вскочила, словно ужаленная. Отползла от хозяина Коридора.
Юнг фыркнул и раскрыл кулак. На ладони покоились шесть патронов.
— Нашел подходящий калибр для кольта твоей дерзкой подруги, — произнес он без всякого выражения. — Той, что убивала Топоров.
Мисс Мэри судорожно кивнула.
Присев на край кровати, полковник начал вставлять патроны в барабан. Это простое действие произвело на мисс Мэри сильное впечатление. «Питон» был опасной игрушкой. Тем более заряженный, в руках такого страшного человека, как Юнг.
— Послушай, Джо, — осторожно сказала Мэри, давя в себе страх. — Ты меня пугаешь этим револьвером.
— В «Кэмп Грее» тебе нечего боятся.
— Я стараюсь, однако… — Перед глазами Мэри возник обрубок языка корейской наложницы.
— Однако, — подбодрил полковник. — Продолжай. Ты можешь мне доверять.
Мисс Мэри проглотила вставший в горле комок.
— Если уж мы говорим о доверии, Джо, то для начала перестань заряжать передо мной револьвер.
— Это выполнимо.
— И я хотела бы получить нормальную одежду, вместо тех сеточек, что на мне сейчас.
— И для чего? — улыбнулся Юнг.
— Не могу же я в таком виде щеголять перед твоими солдатами. Ты пригласил меня на приватный танец, помнишь?
— Конечно.
— Я же не пленница? Не очередная твоя рабыня? Не наложница?
— Ни в коем случае, но… — С щелчком закрыв барабан, полковник крутанул кольт на пальце. — Но со свободным передвижением по базе могут возникнуть некоторые проблемы… — Он убрал револьвер в кобуру. — Ты так забавно пугаешься.
Юнг протянул руку и потрепал мисс Мэри по щеке. Она не посмела отстраниться.
— Другую одежду ты получишь, я обещаю. Револьвер на нашей кровати заряжать больше не стану. Но насчет прогулок поговорим чуть позже.
Полковник говорил совершенно обычным голосом, однако от каждого его слова Мэри продирал озноб.
— Послушай, Джо, зачем я тебе нужна, в самом деле? — решительно спросила она. — Вряд ли из-за танцев, любви или тем более маскарада с гаремом. Ты бы не стал носиться со мной из-за такой чепухи, разве нет? Ты даже не пришел ко мне этой ночью.
Джо Юнг нахмурился. Некоторое время он молча сверлил Мэри взглядом. Она выдержала, не отвела глаза.
— Ты права, Мэри, — ответил наконец полковник. — Ты нужна мне вовсе не для гарема.
— Тогда зачем? Я не понимаю.
