Гейдар Джемаль разъяснял всем желающим: нет никакого противостояния современной цивилизации и террористов. Имеется противостояние мирового гражданского общества и «мирового правительства». Вдаваться в подробности и называть фамилии членов этого всемирного кабинета министров г-н Джемаль почему-то не захотел. Кстати, я уже давно обратил внимание: все те, кто говорит о «мировом правительстве», никого при этом не называют. Боятся, что ли?

Впрочем, организаторов терактов в США Гейдар Джемаль называет совершенно открыто:

«Рано или поздно обнаружится, что удар по Нью-Йорку и Вашингтону был результатом сговора олигархических кругов с фашиствующими элементами внутри американской администрации и силовых ведомств. Организаторы – специалисты очень высокого класса, работавшие, бесспорно, на уровне, присущем лучшим разведкам мира. Такая акция может быть проведена только при содействии израильской разведки и ЦРУ»[43].

Практически то же самое говорил лидер коммунистов Геннадий Зюганов. Давно отработанный прием: виновником трагедии объявляется жертва. Фундаменталисты от коммунизма и ислама слились в экстазе.

В результате терактов в Нью-Йорке и Вашингтоне погибло более 3 тысяч человек. Телекомпания CNN показала ликующие толпы в некоторых мусульманских странах.

«Это естественная реакция улицы на унижение ислама», – заявил г-н Джемаль.

Никто никогда не унижал ислам – московский фундаменталист использует расхожее пропагандистское клише, не заботясь даже о малой толике правдоподобия. Что же касается «реакции улицы», то в данном случае я бы использовал другой термин: «реакция подворотни».

В связи с американской операцией в Афганистане г-н Джемаль, конечно же, полностью на стороне талибов. Совершенно правильно они, талибы, отказались выдать бен Ладена, потому что, дескать, мусульманин в мусульманской стране подлежит только шариатскому суду. (Стало быть, для европейской террористической группы «Баадер-Майнхоф» следовало потребовать суда святой инквизиции.) И вообще:

«Талибам удалось стать символом исламской цивилизации»[44].

Честно говоря, до сего откровения я полагал, что символы исламской цивилизации – совсем другие. Мечети Бухары, Константинополя и Иерусалима. Внук Тимура, замечательный философ и астроном Улукбек, поэты Омар Хайям и Саади, полководец Саладин, величайший ученый-медик Ибн Сина… Да «Тысяча и одна ночь», в конце концов!

Г– н Джемаль предлагает совсем другие символы. Публичные расстрелы женщин, изменивших своим мужьям. Награда в 50 тысяч долларов за голову любого иностранного журналиста. Запрет смотреть кино, телевидение, слушать музыку, танцевать… А еще – уничтожение буддийского памятника, простоявшего тысячу лет. И дело не в том, что буддийский, а в том, что он – часть мировой культуры.

«Я полностью поддерживаю взрывы буддийский памятников, – нимало не смущаясь, говорит г-н Джемаль. – Буддизм – это не безобидная вещь»[45].

Плюнул походя и побежал дальше.

Все это уже было. Халиф Омар (VII век), захватив Александрию, распорядился сжечь знаменитую александрийскую библиотеку. Будто бы на вопрос своего военачальника о том, что с ней делать, халиф ответил: «Если в этих книгах содержится то, что уже есть в Коране, – они бесполезны. А если в них есть то, чего в Коране нет, – они вредны. Сжечь!» И уникальную по тем временам библиотеку сожгли.

Может быть, это тоже – символ исламской цивилизации?

* * *

Г– н Джемаль – сторонник создания «Всемирного исламского государства». (То есть, замечу в скобках, сторонник все того же «мирового правительства», но с явно выраженным исламским уклоном.) Но это, так сказать, программа-максимум. Пока же он занят новой политической стратегией, получившей название «Исламский проект». Вот как он сам объясняет, что сие значит:

«Существует „западный проект“, который опирается на общечеловеческие ценности, бесконечный прогресс. „Исламский проект“ – прямо противоположен»[46].

Следовательно, общечеловеческие ценности нам ни к чему, а вместо прогресса лучше бы регресс. По-видимому, тоже бесконечный. Назад, в пещеры.

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже