Коричневые сны полностью

Аня торопилась домой. После того, что произошло, ей хотелось поскорей там оказаться. Тем более что на улице скоро начнет темнеть, а ее мама не любила оставаться одна, когда на улице наступала ночь. Осень в этом году была сухая и теплая. Желтые листья приятно шуршали под ногами, и заходящее мягкое солнце поторапливало девушку. Аня подумала, что если идти обычным путем, то это займет почти час времени. Но можно и сократить дорогу в два раза, если пойти необычным путем, через старое кладбище.

Она не любила ходить этой дорогой одна, было жутковато пробираться на закате дня по небольшой дорожке протоптанной многими людьми, среди старых могил. Она ходила здесь с подругами, а когда была совсем маленькой, то вместе с бабушкой. Это кладбище было давно уже недействующим, и поговаривали, что его скоро снесут. Оно оказалось почти в центре ее небольшого городка, так как город с каждым годом рос, расширяясь в своих новых микрорайонах вокруг него. А кладбище стояло по-прежнему, на своем месте, похожее на большой парк.

Дело в том, что раньше родственники умерших, считали своим долгом посадить на могилке усопшего какое-нибудь деревце. Со временем это деревце превращалось в большое дерево. Так как кладбище было старым, ему было уже более 80 лет, то и ухаживать за деревьями уже было некому. Здесь росло много сирени, и белая и персидская, а кусты жасмина летом источали свой аромат. Анин брат даже приносил домой крупные пенные шары бульдонежков. Росли там и фруктовые деревья – вишни, черешни, яблони. Только все знали, что есть эти плоды нельзя.

Тропинка через кладбище была популярной. Многие люди сокращали себе путь, добираясь так на работу или в магазин. Потому что идти вокруг, значило ехать на троллейбусе, и тратить гораздо больше времени, чем это требовалось. Избегали этого места только люди суеверные или те, кто боялся одичавших собак, которые поселились где-то в глубине этого мрачного места. Аня не боялась ходить здесь, так как ее дом находился через дорогу от этого самого кладбища. Она выросла по соседству с ним. Аня опасалась только лишь плохих людей, особенно мужчин, которым непонятно что могло прийти в голову. Поэтому она шла, изредка оглядываясь, следя за тем, чтобы никто не увязался за ней по этой дороге. А там, когда она останется одна, можно быстро добежать до дома. Аня и была одета соответственно для такой пробежки – легкие кроссовки, эластичные джинсы, толстовка с капюшоном. Ей будет только в радость немного пробежаться.

Аня последний раз оглянулась и, не обнаружив ничего по ее мнению опасного, ступила на территорию вечного покоя. Сделав несколько шагов по знакомой дороге, она легко подскочила и неспешно побежала.

В ее голове воспоминания сегодняшнего вечера кружились как калейдоскоп. Вот лицо ее брата, вот Богдана, сидящего за ударником, а вот и… ее сердце бешено забилось, вот и Данила, которого все называют Родриго. Он играет на бас гитаре, и сегодня он… он не только целовал ее. Ее сердце так подскочило от волнения, что Аня почувствовала его в горле. Она перешла на обычный шаг, чтобы успокоиться. Равномерно дыша, она привычно разглядывала могильные памятники. Сейчас такие уже не делают.

Эти памятники были сделаны из железа и выкрашены в основном в голубой цвет. Масляная краска на них была многослойной, так как каждый год, в одно и то же время она обновлялась. Поэтому ограды и памятники не ржавели. На вершине этих конусоподобных могил частенько были советские звезды, означавшие, что когда-то покойный воевал на фронте Великой Отечественной войны. Молодых людей здесь было мало. Вдоль дороги, по которой шла Аня, было всего две таких могилки, парень и девушка. Девушка была красивая, с высокой прической, по тогдашней моде. Ее звали Галина, и по отмеченным на памятнике годам жизни ей было всего 26 лет. Бабушка рассказывала маленькой Ане, что эту девушку убили. А почему умер молодой парень, никто не знал. Проходя каждый раз мимо могилы этой девушки, Ане всегда было ее жаль. Наверно, так несправедливо и грустно умереть такой молодой, и такой красивой. Возможно, у нее тоже был свой парень, который любил ее, и она любила его также как Аня своего Родриго.