– Ты? Дмитрием? А ну, повернись в профиль. – Освещает Макашова фонарем. – С таким-то профилем – и Дмитрий? Совсем оборзел. Следующий!…
Из вагона выходит «папаша Зю». Он в теплом овчинном тулупе, валенках и ондатровой шапке.
– Товарищи!… – начинает было Геннадий Андреевич.
– Анпилов тебе товарищ! – обрывает Зюганова Старший. – Он тут уже побывал, так что скоро свидитесь… Всё, хватит лирики. А ну, вылазьте, жидовские морды!
На платформу вываливаются Илюхин, Кондратенко, Проханов, Шандыбин, Лимонов.
– Все? – осведомляется Старший. – Вроде кого-то не хватает. Ну-ка, унтер, проверь.
Один из коричневошинельных ныряет в темень вагона. Спустя короткое время появляется вновь, волоча кого-то за собой.
– Под шконку забрался, падла! – радостно объясняет унтер.
Старший светит фонариком.
– Что ж это вы, Александр Григорьевич! – с ласковой укоризной говорит Старший. – А еще президент. Бывший, правда, но все равно…:
– Я – гражданин иностранного государства, – кричит Александр Григорьевич.
– Какого такого государства? – усмехается Старший. – Всё уже,…здец. В смысле – аншлюс.
Согласно свободному волеизъявлению наших народов. Ну ладно, хватит. – Он обращается к унтеру: – Ведите, а я покурю пока.
– Далеко вести-то? – спрашивает унтер. – А то в тот раз, когда Анпилова с подельниками привезли, по уши в снегу завязли.
– Да нет, – говорит Старший, доставая пачку кишиневского «Мальборо», купленную в спецраспределителе, – метров двести. Дальше не надо…
Именно так (или почти так) всё и произойдет, если к власти в нашей стране придут коричневые. В первую очередь они освободятся от недавних союзников, потому что власть – одна, и делить ее они не захотят ни с кем. В свое время это успешно проделали большевики.
А пока все эти «союзники» пытаются привлечь к себе внимание и пролезть во власть, при этом – отчаянно грызутся между собой. И лишь в одном они трогательно едины: в своем боевом кличе – «Бей жидов и инородцев, спасай Россию!».
Вот о них-то и поговорим. О фюрерах и «батьках».
Начнем с Жириновского.
«Нет такого осла, который, созерцая себя в реке,
не смотрел бы на себя с удовольствием
и не находил бы у себя черт коня».
Г. ФлоберЗа политической карьерой Владимира Вольфовича я наблюдаю довольно давно – с конца 80-х. Поначалу он сам и его призрачная Либерально-демократическая партия входили в опереточный «Центристский блок политических партий и движений». Но вскоре ВВЖ оперился, вышел из блока и пустился в самостоятельное плавание. Но не в одиночное: Жириновский всегда окружал себя попутчиками и сочувствующими.
<p>ФЛЮГЕР</p>В 1991– м, когда Владимир Жириновский только-только вступал на путь «всемирно известного кандидата в президенты», состоялась его встреча с обществом «Память». Организовывал встречу клуб друзей журналов «Наш современник» и «Молодая гвардия». «Друзей» собралось не слишком много – примерно сотня. Та самая. Но Жириновский не погнушался, потому как – единомышленники.
