Справедливости ради должен заметить, что не все коммунисты отказались пожурить неандертальца. Один отщепенец все-таки нашелся. Им оказался Геннадий Селезнев. Спикер, извините. Геннадий Николаевич отдал свой голос, чтобы пожурить…Но тут как раз выяснилась любопытная подробность. Из воспоминаний еще одного неандертальца и тоже – генерал-депутата, Александра Коржакова, стало известно, что Селезнев обращался с запросом к президенту: почему это у него, у Ельцина, такое «проеврейское» правительство?
Остается выяснить, когда Геннадий Николаевич был искренним, а когда – .лицо сохранял.
И ради все той же справедливости не могу не сказать, что некоторые генералы (и даже – депутаты) высказывались по данному вопросу вполне адекватно. Вслед за мэром Москвы генерал Николаев определился в том смысле, что его коллегу по парламенту надлежит судить.
Да за что же судить-то? Неандерталец, он же не понимает, что он – неандерталец. Он искренне полагает себя борцом за пролетарский интернационализм.
И потом, мандат у него ж был, у неандертальца. На неприкасаемость, извините, личности. В соответствующей жиже уже и плакат появился: «Руки прочь от Макашова!». Да кто ж это трогать-то станет? Разве что по приговору суда.
Вот и у прокуратуры, по-моему, тогда такая же брезгливость обнаружилась. Поначалу-то Генеральный прокурор будто бы себя даже Генеральным прокурором возомнил: поручил вроде бы Московской городской прокуратуре заняться сим инцидентом, в коем были упомянуты жиды и прочая сионистская нечисть. Разобраться следовало в десятидневный срок. Но Московская прокуратура приказы начальства проигнорировала. Прошел, правда, слушок, будто столичные прокуроры отфутболили это дело в ФСБ – на тот предмет, не содержатся ли в речах вышеупомянутого неандертальца призывы к насильственному свержению конституционного строя. Хотя, если подумать, при чем тут ФСБ? Прокуроры и должны были все выяснить, на то они и стражи Закона. Но им – некогда: Московская прокуратура в то время с «МК» судилась. Вполне цивилизованно. За то, что в заявлении на имя всё того же Генерального прокурора я осмелился упрекнуть столичную прокуратуру в покровительстве отечественным нацистам. Тут не до отдельно взятого генерала.
Вернемся, однако, к коммунистам. Они и всегда-то нервными были, а тут совсем разнервничались. Большой ценитель «Лебединого озера», всегда такой милый и обаятельный, тов. Лукьянов, например, на телеоператора набросился. Волосы дыбом, глаза горят, руки ходуном ходят. Жуткая картина.
А все почему? Потому что порядочные СМИ не вытягивались в струнку перед партией победившего пролетариата, а попытались объяснить избирателям: ежели коммунист – неандерталец, то это надолго. И что КПРФ в целом – ничуть не лучше отдельных своих членов.
Коммунисты попытались обрести «консенсус». Тем более, что к тов. Зюганову на прием посол Израиля пожаловал. Небось, попенял. Мол, что ж это вы, а? Мы же с вами, можно сказать, начиная с Маркса и кончая Лазарем Моисеевичем… Словом, сильно Геннадия Андреевича скомпрометировал: как генсек в глаза потом смотрел своему единомышленнику-генералу, до сих пор не понимаю.
После такого нежелательного контакта тов. Зюганов с журналистами беседовал крайне неохотно. Но не краснел. Мы, говорил, уже сто раз поясняли относительно генеральской несдержанности. Между тем окружение Геннадия Андреевича по горячим следам высказывалось совсем иначе: «Не дадим, – заявляло окружение, – в обиду нашего товарища». Зюганов тогда, правда, промолчал. Но молчание – сами знаете, знак чего.
А вообще-то положение у генсека было непростое. Единства не то что в партии – даже во фракции не наблюдалось. Но это коммунисты тщательно скрывали. Как мне удалось тогда выяснить, думская фракция КПРФ разделилась минимум на три группы. Самая малочисленная – сторонники Геннадия Селезнева. По всей видимости, это те, кто надеялся узреть спикера в кресле президента. Но это, как говаривал незабвенный товарищ Сухов, вряд ли.
