– Паша, – позвал он товарища. – Ты слышал?
– Что слышал? Как ты крышу изнутри щупаешь?
Васильевич не ответил. Вылез из машины и, задрав голову, прислушался к звукам леса. Да нет. Показалось. Как будто ничего особенного. Ну, может быть, немного тише, чем обычно. И комарье наконец-то успокоилось. Прислушиваясь, он медленно водил пальцем по стеклу.
ИДИ КО МНЕ.
– Это че за херня? – уставился на надпись Григорьевич. – Зачем ты это пишешь?
– Ни зачем. Так просто, задумался о своем.
– Знаешь что? Пойдем отсюда! Что-то не нравится мне ни эта машина, ни твои мысли о своем.
– Да, пойдем. Вон туда, – Васильевич указал вымазанным пальцем в сторону заросшей просеки, ведущей в глубь леса.
– Нет. Мы пойдем обратно.
– Так и по половине не взяли, – Васильевич кивнул на ведра.
– Хватит. Пойдем обратно. Что-то как-то не по себе. – Григорьевич облизал губы. – Мне кажется, там, в лесу, кто-то есть.
– Ну да, там точно кто-то есть, – согласился Васильевич. Он вдруг схватил товарища за рукав одной рукой, а второй крепче сжал в кармане перочинный нож, которым срезал грибы. – Пойдем и посмотрим, кто это.
