Я подбежал к загону. "Мы здесь свинок держим". Свинок они держат. Перепрыгнул через ограду и опустился перед другом. Ломая пальцы, стал развязывать его. Тут истошно заорала хозяйка:
- Не сметь! Не делайте этого!
Наши девчата заорали вслед за ней. Весь этот гвалт доконал меня и я сам закричал: - Саня! Саня, чтоб тебя...
Сашка был без сознания. Мои потуги привести его в чувства ни к чему не привели.
- Вера, помоги ему.
Может у неё получиться. А сам подошёл к Наталье. Её уже успели привязать к стулу; теперь она мало походила на ту красавицу, что встретила нас во дворе - волосы растрёпаны, на бледном лице багровел синяк. Но глаза, как у зверя.
- Вы не знаете, что делаете, - процедила она.
- Помолчи. Что вы сделали с Сашкой?
- Глупцы. Тупые, тупые дети.
Она даже не слушает меня!
- Дай-ка я, - Милка отпихнула меня и склонилась над хозяйкой. В руке у нее был кухонный нож. Не раздумывая она резанула Наталью по бедру.
- Милка, ты чего? - я схватил подругу за руку.
- Может так она заговорит.
Наталья взвыла, но тут же подавилась и закашлялась.
- Я скажу. Скажу.
Она тяжело задышала, не отрывая взгляда от сочившейся из раны крови.
- Я всё скажу, но вряд ли вам это поможет.
Казалось, она не знает с чего начать.
- Это наша священная обязанность. Раз в год мы должны приносить жертву. Мы жертвуем малым, чтобы сохранить целое. Это вынужденная жертва. У нас нет выбора.
- У кого это у "вас"?
Что она опять несёт?
- Когда-то здесь прятались беглые монахи. Раскольники. Эта деревня, Пересёлки, образовалась уже позже. В ней жили потомки староверов. Но лишь единицы догадывались о тайне здешних лесов. Эти монахи, не они первыми нашли это место. Здесь и до них жили люди. Колдуны, древние знахари. Здесь они совершали свои ритуалы, чтобы вызвать себе помощников с той стороны. И они приходят. До сих пор. И чтобы остановить их, требуется жертва. Если вход останется открытым, трудно представить, что может произойти.
Наталья посмотрела в окно.
- Мы все обречены. Этих тварей не остановить.
Милка подскочила к ней и схватила за воротник.
- Что за твари? Говори! Вадик, ты веришь ей?
- Я не знаю, кто они! - у Натальи начиналась истерика. - Мы дали клятву. Те, кто был здесь до нас, поклялись смотреть за этим местом. Чтобы кормушка не оставалась пустой.
- Кормушка?
- А теперь она пуста и я не знаю, что будет.
- Вы психи.
- Наоборот.
- Хватит нести чушь.
- Хотите убедиться? - она безжалостно посмотрела на нас. - Лучше бегите. Бегите, если успеете.
- Почему они не идут дальше?
- До сих пор сила заклятия удерживала их. Если заклятие падет, то уже ничто их не остановит. Но вся сила заклятия держится на жертве, - она тяжело сглотнула. - Кормушка не должна пустовать. Насытившись, они уходят.
Честно, я не знал, что делать. Поверить этой сумасшедшей? Я беспомощно посмотрел на друзей. Мила, Вера. Сашка. В какой чудовищный кошмар мы попали?
Наталья продолжала говорить, но и без этого её рассказ приводил меня в ужас. Если всё это - правда.
- Это место само себя охраняет. Камень - это граница, - её взгляд устремился в окно, пытаясь пронзить темноту. - Заклятие ослабевает. Поэтому вы и прошли.
Наталья глубоко вздохнула и снова поглядела в окно.
- Где мой муж?
Подошла Вера.
- Саша очнулся, но он совсем плох. Ни на что не реагирует, молчит.
- По-любому надо рвать отсюда, - Милка твердо посмотрела на меня.
За окном уже непроглядная ночь. Найдём ли мы обратную дорогу? Или лучше переждать здесь?
- Туман! Они скоро будут здесь!
От безумного крика хозяйки меня мороз пробрал. Я выглянул в окно. Где-то я уже видел эту зелёную мерзость. Сон. Туман и невидимый ужас, таящийся в нём.
- Уходим.
Я подхватил Санька и направился к выходу.
- Вера, Мила, скорее.
- А с ней что делать? - Милка ткнула пальцем в хозяйку.
- Брось её.
Сначала они доберутся до них. А потом что? Кинутся за нами? Я непонимающе оглядел себя. Что это со мной? Неужели я ей поверил? Но глядя на трясущуюся хозяйку, всему поверишь.
Как мы бежали! Впереди Мила с Верой подсвечивали путь фонариком, найденным в доме, сзади мы с Сашкой. Санёк так и не проронил ни слова, но хотя бы ноги передвигал. Помнил ли он хоть что-нибудь? Теперь времени для расспросов уже не было. Выбраться бы. Сашка, Сашка. До чего же нас довела наша неуёмная фантазия.
Мы ломились через лес, а за нашими спинами разгоралось зелёное зарево. Я кожей ощущал чужое присутствие, но боялся оглянуться. Вдруг мой сон был предвестником грядущих событий. Быстрее. Быстрее и подальше отсюда. От этой чёртовой земли, от этих лесов и безумцев, что скрываются в них.
Я не знаю, той ли дорогой мы возвращались, но как-то вдруг мы вышли к камню. "Камень - граница. Дальше они не пойдут".
Как раньше уже не будет. Мы все изменились.
