Версальское Соглашение запретило «изготовление и импорт в Германию бронированных автомобилей, танков и прочих подобных видов вооружения» (Статья 169). «Ввоз в Германию оружия, боеприпасов и военных материалов любого рода должен быть строго запрещен» (Статья 170). Было запрещено производство отравляющих веществ (Статья 172), также как и было нельзя иметь зенитную артиллерию (Статья 169). Не разрешалось иметь никаких самолетов (Статья 198), и кроме некоторого количества тяжелых орудий, установленных в крепостях, армии разрешалось иметь не более двухсот четырех 77 мм орудий и восемьдесят четыре орудия калибра 105 мм. Армия также могла иметь не более 792 тяжелых и 1 134 легких пулеметов, а также максимум 252 миномета.{476} Для наблюдения за выполнением условий Версальского Соглашения по разоружению в Германию была направлена Межсоюзническая военная контрольная комиссия в составе 337 офицеров и 654 солдат. Комиссия оставалась в Германии до 1927 года.{477}
Политика немецкого правительства, которая начиная с 1919 года была направлена на ревизию и изменение условий Версальского соглашения, оказалась малоуспешной в этом отношении. Булонскими дополнениями, подписанными в июле 1920 года тайной полиции разрешалось приобрести 150 бронированных автомобилей, а Рейхсверу — 105 «бронированных транспортеров пехоты,» которые по сути также были бронированными автомобилями.{478} Парижские Воздушные Соглашения 1926 года сняли строгие ограничения Союзников на немецкую авиационную промышленность. Но в целом процесс пересмотра Версальского Соглашения шел медленно. Немецкие политические деятели, за исключением левого «антимилитаристского» крыла социально-демократической партии и коммунистов, не желали видеть Германию разоруженной, а страну с такой армией, которая могла служить лишь в качестве пограничной охраны и сил по поддержанию внутреннего порядка. Таким образом, со дня вступления Версальского соглашения в силу политикой Рейхсвера было уклонение от выполнения условий по разоружению и их нарушение, а также продолжение разработок и производства целого диапазона современных видов вооружений. Гражданские политические лидеры знали о секретной программе перевооружения Рейхсвера и последовательно поддерживали ее, выделяя скрытые ассигнования Рейхстага на реализацию проектов Рейхсвера. Такие умеренные и демократические политические деятели как президент Фридрих Эберт а также канцлер и министр иностранных дел Густав Штреземанн были стойкими сторонниками секретной программы перевооружения.{479}
