— Ладно уж, заходите. Нечего на виду у соседей торчать. Еще подумают, будто я тут собственный чаптер «Ангелов Ада»[73] организую.
Представленный хозяйке по всем правилам, честь по чести, Джуд, в свою очередь, узнал, что зовут ее миссис Фордхэм, и так к ней с тех пор и обращался. Называть ее Бамми, он, конечно, не мог, однако — вот парадокс! — как миссис Фордхэм ее просто не воспринимал. Бамми — вот кто она, как ни зови ее вслух.
— Собак давайте-ка выведем на задний двор. Пусть себе бегают, — сказала Бамми.
Джорджия с Джудом переглянулись. К тому времени все они собрались на кухне. Бон устроилась под кухонным столом, а Ангус, задрав голову, принюхивался к буфетной полке — вернее, к стоявшей на ней тарелке с брауни[74] под зеленой пищевой пленкой.
Да, для собак в кухне было слишком уж тесно. В коридоре, ведущем к парадной двери, тоже. Разок пробежавшись им, Бон с Ангусом едва не свалили столик у стенки, жалобно зазвеневший расставленным на нем фарфором, а в стену врезались так, что все картинки перекосились.
Между тем Бамми нахмурила брови. Обмен многозначительными взглядами она заметила, но что они значат, не поняла.
— Ой, Бамми, не стоит выпускать их на волю в незнакомом месте, — откликнулась Джорджия. — Наверняка в огород заберутся и такого там натворят…
Тут Бон, рванувшись из-под стола наружу, сдвинула в сторону пару кресел, да так, что одно с грохотом опрокинулось на пол. Джорджия, метнувшись к собаке, ухватила ее за ошейник.
— С собой ее уведу, — пояснила она. — Душем ведь можно воспользоваться, не возражаешь? Надо помыться и, может, ненадолго прилечь, а она пусть со мной остается, чтобы не безобразничала.
Ангус, поднявшись на задние лапы, оперся передними о буфетную полку и потянулся носом к брауни.
— Ангус, — прикрикнул на него Джуд, — а ну ко мне!
В холодильнике Бамми нашлись холодная курица и капустный салат с майонезом, а еще, как и обещала Джорджия, запотевший стеклянный кувшин с лимонадом домашнего приготовления. Как только Джорджия скрылась в лестничном проеме наверху, Бамми соорудила Джуду тарелку и усадила его за стол. Ангус, плюхнувшись на пол, растянулся у его ног.
Место Джуду досталось напротив окна, выходившего на задний двор. С толстой ветви грецкого ореха свисала к земле замшелая, разлохмаченная веревка, однако от автомобильной покрышки, когда-то привязанной к ней, давным-давно не осталось даже следа. В отдалении, за оградой, виднелся проулок, кое-как замощенный неровным, побуревшим от времени кирпичом.
Бамми, налив себе лимонаду, оперлась задом о буфетную полку. На подоконнике за ее спиной не оставалось свободного места: весь его, от края до края, занимали кубки, награды за победы на соревнованиях по боулингу. Рукава она закатала по локоть, обнажив предплечья, поросшие волосом не хуже Джудовых.
— Я еще не слыхала романтической истории о вашем знакомстве.
— Встретились мы в Центральном парке[75], — ответил Джуд. — Гуляли, собирали маргаритки. Столкнулись, разговорились и решили вдвоем устроить пикник.
— Ну да, ну да. В Центральном парке… или в каком-нибудь фетишистском клубе для извращенцев.
— Если уж на то пошло, может, и в фетишистском клубе для извращенцев.
— Гляжу, жуешь ты, будто год голодал.
— Да, пообедать мы не успели.
— Куда же вам так спешить? Что там, во Флориде, нынче вечером за чудеса? Друзья из местных затевают оргию, и вы не хотите остаться в стороне?
— Салат вы сами готовили?
— Еще бы.
— Вкусно.
— Хочешь, рецепт дам?
Некоторое время тишину кухни нарушал только скрежет вилки о тарелку да стук хвоста Ангуса по полу. Бамми не сводила с Джуда глаз, и наконец он — лишь бы заполнить паузу — заговорил:
— Мэрибет называет вас Бамми. Отчего?
— Уменьшительное от имени, — объяснила Бамми. — От Алабамы. Эм Би меня так зовет с тех пор, как в пеленки писалась.
Холодная курятина сухим комом застряла в горле. Закашлявшись, Джуд ударил кулаком в грудь и сморгнул навернувшиеся на глаза слезы. Казалось, уши его пылают огнем.
— Вот как, — переведя дух, сказал он. — Совпадение, конечно, дичайшее, но не случалось ли вам бывать на моих концертах? К примеру, на том, совместном с «AC/DC», в 1979-м?
— Нет, вряд ли. Я такой музыкой даже в молодые годы не увлекалась. Скачут по сцене, ругаются на чем свет стоит, дерут глотки, будто стая горилл. Вот если тебе приходилось на разогреве у «Бэй Сити Роллерс»[76] играть, я среди публики вполне могла оказаться… а что?
Джуд утер со лба пот. От облегчения его едва не замутило.
— Нет, ничего особенного. Просто была у меня когда-то знакомая по имени Алабама.
— Где вас обоих так потрепали? На тебе от ссадин живого места нет.
— Вчера остановились заночевать в Вирджинии, утром пошли из мотеля позавтракать в «Деннис», а на обратном пути нас чуть машиной не переехало.
— Насчет «чуть не» — это точно?
— Шли под железнодорожным виадуком, и какой-то тип на джипе врезался прямо в стенку. И тоже здорово головой о лобовое стекло приложился.
— И что с ним теперь?
— В порядке, наверное.
— Выпивши был?
— Не знаю. Навряд ли.
— А копы, когда приехали, что сказали?
— Мы их не дождались.
— Не дождались…
