Один рабочий будет проволоку рубить, но не вручную, а на станке, всего-то подавая кусок проволоки до упора в ограничитель и нажимая отрубную педаль, а второй будет плющить головку и остриё, засовывая эти заготовки в цилиндр и хренача по ним небольшим молотом на водном приводе.
Для местных технологий — это чуть ли не промышленная революция, пусть и в малом масштабе.
Отцу я рассказал обо всём довольно подробно.
Да, я сомневаюсь, что на начальном этапе у него всё пройдёт гладко. К примеру с теми же формами из стали, которая здесь непонятно какого качества и сорта, но на то есть я и артефакты.
Для начала можно будет заюзать те руны, которые укрепят головку, формирующую остриё гвоздя, ровно такие же, которые здесь используют для сохранения остроты лезвия мечей, а потом заставить кузнецов поработать с термической обработкой стали. Рано или поздно всё получится. По крайней мере, я в это верю.
Вот ни разу я не сталелитейщик, но насколько помню, сталь для такой операции нужна с некоторым повышенным содержанием углерода, а значит, мне есть что подсказать мастерам, так как всю сталь в этом мире пока плавят в тиглях. Думаю, цена экспериментов с содержимым тиглей окажется вполне приемлемой, если попробовать разные комбинации и сочетания, в том числе смешивая железо с чугуном. Тигель — он небольшой. На домну я бы никогда не покусился.
Отчего-то в голову мне пришли известь, древесный уголь и бура. Вроде бы их в моём мире называли флюсами, а может и нет.
Про добавки таких изысков, как марганец и ванадий я даже не стану говорить. Здесь про такие металлы пока ничего не знают.
Зато той же извести до фига и больше, а бура зачастую применяется в качестве консерванта, раствором которой обливают мясные туши для армии. Якобы, это сохранению мяса способствует и мухи потом не садятся.
Разобравшись со старшими, я потратил больше часа на сестрёнку.
Это моя радость и отдушина в этом мире! Маленький человечек, который каждый раз при встрече дарит мне море любви и позитива! Положа руку на сердце, должен признать — именно Мари связывает меня с родителями Ларри по-настоящему. Не было бы её, то я просто даже не готов предположить, как бы у меня с ними сложились отношения. Но точно не так, как сейчас.
А потом пришёл черед лэра Донована. Начало у него было очень хорошим. Он крепко помог пограничникам в разборе моих трофеев, которые они доставили из Приграничья.
Всё грамотно описано и разложено по степени цены и важности. По предварительной оценке Донована, тысяч на пять-шесть золотых запросто наберётся, но это по ценам скупщиков Приграничья, а вот что будет в Белговорте, это вопрос, ответ на который я узнаю лишь завтра.
Ко мне приехал целый воз учебных экспонатов, ингредиентов и пособий для нашей Академии. Посмотрим, как профессора оценят моё предложение — выкупить всё оптом.
Потом с Донованом мы прошлись по его хозяйству. А ничего так, грамотно он всё распределил. Заодно и наша овощница, которую я застал на кухне, охнула и покраснела, как выращиваемые ей помидоры.
Так-то я уже в курсе, что обе её дочери не смогли устоять перед напором бравых пограничников, и впереди у нас две свадьбы. Вру, три. Ещё с одним у поварихи вроде бы срослось. Но это пока не точно.
И вообще, с тех пор, как я стал лэром, у прислуги происходит не понять что. Для начала, четверо, а то и все пятеро служанок уже бегают со вполне себе заметными животиками, что им, как дамам семейным, никак не запрещено, но и остальные слуги носы задрали и улыбаются мне в четыре раза чаще, чем раньше.
Чисто теоретически взрыв демографии и плюсы их настроения я прекрасно понимаю — в этом мире обидеть слугу лэра или простолюдина — это настолько разные вещи, что один лишь мой титул лэра поднял их социальный статус среди слуг выше на целый порядок.
Заодно появилась гарантия хоть какой-то личной безопасности, а глядя на меня, она у них прямо в глазах читается. Особенно после недавнего случая, когда к нашей поварихе, покупающей на рынке мясо, начал приставать какой-то особо наглый абориген, но тут к повозке вернулся один из пограничников, решивший по случаю посетить город в свой выходной день, и утихомирил наглеца всего лишь парой ударов в пузо. К общей радости рыночной публики, приставала громко издал крайне неприличный звук и рухнул на землю, начав хватать ртом воздух.
Пограничник отсалютовал подошедшим стражникам особым жестом, и там нашёлся служивый, который сумел удержать своих коллег от разборок. Так что, они чисто постояли и поржали.
Зато у поварихи и её героя случилась любовь. Как говорят, порой довольно громкая.
Выльется это в свадьбу или нет — пока предмет ставок среди прислуги.
Вернулся я в особняк почти ровно в тот момент, когда со второго этажа в зал спускался заспанный Федр.
— Принесите ему каву, — махнул я служанке, наблюдая за своим приятелем-сомнамбулой.
