Король прибыл с небольшой свитой в сопровождении своего неизменного спутника Кохана, охотников, нескольких собак; за ними везли соколов.
Казимир, казалось, колебался сойти ли ему с лошади, затем, шепнув что-то Кохану, он остановил коня у ворот и, похлопав старика по плечу, направился вместе с ним к хате.
Гарусьница с радостью и с благоговением встретила короля; она была горда оказанной ей честью и счастлива тем, что такая высокая особа снова посетила их дом.
Как заботливая хозяйка, она тотчас же начала готовить угощение, но Казимир предупредил ее, что ничего есть не будет. У нее был старый мед, и она начала искушать им гостя; Казимир, не желая ее обидеть, со снисходительной улыбкой согласился, хотя и не был любителем этого напитка.
Вядух стоял перед королем, который внимательно его разглядывал.
- Ты даже не постарел за эти годы, - обратился он к нему.
- Потому что я и тогда уже был стар, - возразил Вядух веселым голосом. - У нас рассказывают об одном человеке, который, взяв теленка в руки в первый день его появления на свет Божий, носил его на руках и на второй, и во все последующие дни ежедневно и впоследствии до того привык к тяжести, что мог поднять целого вола. Так и с нашим трудом и работой, милостивый пан. Если их не бросать, силы не уменьшаются, и человек не слабеет. Если б я хоть один день отдохнул, на следующий день меня одолела бы старость и немощь.
Король с грустью рассмеялся.
- Ты это умно придумал, - прошептал король.
- Я лишь повторил то, что от других слышал, - возразил крестьянин.
- Я охотно почерпну что-нибудь из этой премудрости, - прибавил Казимир.
Через секунду, король, оглянулся кругом и опираясь рукой о стол, обратился к мужику со следующими словами:
- А знаешь ли ты, старина, что тебя ждет?
Вядух отрицательно покачал головой.
- А я прибыл к тебе, чтобы попросить тебя об услуге...
Крестьянин поклонился.
- Прикажите, милостивый пан.
- И не маленькой, - добавил король, - но она мне нужна...
После некоторого молчания Казимир прибавил:
- Вы, вероятно, слышали, что я пригласил в Вислицу дворян на четвертой неделе великого поста. Им станут там объявлять новые законы, которые будут введены не для одних лишь дворян и духовенства, но и для всего люда и для крестьян тоже.
Вядух улыбнулся с недоверием.
- Милостивый пане! - произнес он. - Я ежедневно наблюдаю одно и то же, когда кормлю лошадей, и им приходится есть из общих яслей, наполненных кормом. Если бы человек за ними не смотрел бы, то старшие и сильнейшие все съели бы, не оставив ничего на долю слабых и маленьких. Так может случиться и с вашими "яслями", к которым, вероятно, нам даже не дадут протиснуться...
- Это уж ваше дело, - произнес король с улыбкой, - я наполню "ясли" и, пока жить буду, останусь при них. В Вислицу съедутся дворяне, духовенство, рыцарство и обыкновенные паны... необходимо, чтобы и мужики там были...
Вядух с удивлением взглянул на короля и ничего не ответил.
- А допустят ли нас туда другие? - шепотом спросил он после размышления.
- Вы скажете тем, которые захотят вас прогнать или запретят вам доступ, - что вы повинуетесь моему приказанию. Я хочу, чтобы вы там были.
Крестьянин как будто не видел в этом надобности и покачивал головой.
- Поезжай ты, - произнес король, - возьми с собою несколько состоятельных крестьян, пользующихся у вас почетом; будьте вы при мне для того, чтобы не могли сказать, что я о вас забыл или пренебрег вами. Ведь и без того меня называют королем холопов, - пускай, по крайней мере, знают, что я им хочу быть так же, как я король для дворян, рыцарства и всего люда, который живет в этом королевстве... Поэтому я вам приказываю, чтобы вы привезли в Вислицу нескольких ваших собратьев. А для того, чтобы вам не пришлось израсходоваться в случае, если не хватит корма для ваших лошадей, потому что в Вислице его могут съесть лошади дворян, возьмите это на дорогу.
При этих словах король вынул из кошелька приготовленный сверток с деньгами и положил его на стол...
- А Вислицу-то я поеду, - с гордостью промолвил крестьянин, - если только жив буду, - но не за ваши деньги, милостивый король. Это годится для бедняков. Мы - люди простые и живем попросту, такими родились и так привыкли; мы золота на себе не носим, но и у нас кое-что найдется припрятанным в горшке под лежанкой про черный день.
- Возьмите это; меня вы этим не разорите, - рассмеялся король, возьмите для других, для того, чтобы вы могли выбрать других не по богатству, а по уму и их серьезности... и - всего хорошего!..
С этими словами король встал и, чуть-чуть отведав налитого меда, направился к дверям. Вядух шел вслед за ним, почтительно склонившись. У порога король, повернувшись к нему, добавил:
- Помните, что к четвертой неделе поста там необходимо быть... непременно... потому что я осведомлюсь о вас...
Когда король вышел к своим людям, они еще сидели за медом, которым их угостили; наскоро допив кубки, они вытерли усы и вскочили на лошадей.
Казимир уже отъехал на большое расстояние от двора, а мужик все еще стоял задумавшись, как бы приросший к земле...
