Король (ЛП) полностью

– Мой дальний кузен. Настоящая неженка.

Голос ее хеллрена означал, что «неженка» – эвфемизм для полного кретина.

Бэт скрестила руки на груди.

– Я хочу увидеть прокламацию и документ… он ведь есть, верно? Сомневаюсь, что они просто оставили голосовое сообщение.

– О, Боже, Бэт, ты можешь оставить в покое…

– Он у Сэкстона? Или они послали его Рив…

– Ты можешь вести себя нормально, черт подери?! – закричал он на нее. – Ты только прошла через жажду! Любая другая женщина неделю бы провалялась в постели, но не ты! Ты хочешь ребенка, так иди и ляг, наконец… вот, чем ты должна заниматься. Я удивлен, что за все время, что ты просидела с Лейлой, она не рассказала…

Он все продолжал как заведенный, и Бэт понимала, что ему нужно выпустить пар. Но они не могли продолжать до бесконечности.

Она встала, подошла к нему и…

Хлоп!

Бэт ударила его по лицу, и когда резкий звук стих в комнате, ее хеллрен умолк.

Спокойно посмотрев на него, она сказала:

– А сейчас, когда я завладела твоим вниманием, и ты не тараторишь как лунатик, я буду признательна, если ты скажешь, где я могу найти этот документ.

Роф откинул голову назад, словно от полного истощения.

– Почему ты это делаешь?

Она внезапно вспомнила его слова, когда нагрянула жажда, и он нашел ее, пытавшуюся ввести наркотики.

И сорвавшимся голосом она ответила:

– Потому что я люблю тебя. И ты либо не хочешь признавать, либо просто не заглядываешь далеко вперед, но это на самом деле имеет для тебя большое значение. Роф я тебе говорю, такое просто не забывается. И если ты хочешь отойти от дел? Хорошо. Тебе решать. Но будь я проклята, если я позволю кому-то забрать у тебя трон.

Он выпрямил голову.

– Лилан, ты не понимаешь. Все кончено.

– Нет, если я могу что-то предпринять.

Повисла долгая пауза… и потом Роф протянул руки и прижал ее к себе, так крепко, что, казалось, хрустнули кости.

– Я недостаточно силен для всего этого, – прошептал он ей на ухо… словно не хотел, чтобы кто-то услышал подобные слова из его рта. Никогда.

Проведя ладонями по его мощной спине, она крепко обняла его в ответ:

– Я сильна.

***

Целую вечность.

Роф целую вечность прождал в потайной комнате, где пахло землей и специями. В окружавшей темноте, его мысли звучали громче крика, были четкими, подобно молниям, нестираемыми, словно надпись на камне.

И только он подумал, что ничего так и не произойдет, что он и его молчаливый компаньон навечно застряли во тьме, выражаясь буквально и фигурально, раздался скрежет, и скрытая панель начала отъезжать.

– Что бы ни произошло, – прошептал он Брату, – не вмешивайся. Таков мой приказ, и ты его выполнишь.

Ответ Торчера был не громче дыхания.

– Как пожелаете.

Факел отбрасывал слабый, мигающий свет, но его было более чем достаточно, чтобы Роф смог узнать мужчину: клерик, по иерархии находившийся на периферии двора... но его отец был целителем расы.

Хранителем трав и зелий.

Мужчина бормотал что-то шепотом:

– … сделать еще за ночь. Я не могу сделать невозможное…

Когда мужчина подошел к рабочему столу, тело Рофа среагировало самопроизвольно. Неуклюже выпрыгнул из тени, он схватил тонкое плечо, вкладывая всю свою силу в захват. В ответ раздался удивленный визг, но потом факел описал круг в воздухе, и Роф чуть не разжал руку, когда огонь мелькнул вблизи его глаз.

– Запри дверь! – крикнул Роф, пытаясь ухватить клерика за талию.