Столько раз в жизни он словно падал с обрыва высоченной скалы, когда его поступки или поступки других по отношению к нему возвращались ему сторицей.
Но никогда – так как сейчас.
– Трез? – Когда он не ответил ей, она сказала: – Ты меня пугаешь.
– Я... – Черт, с чего же начать. – Селена, мне очень жаль.
– Почему? – Ее голос был напряжен. – За что ты извиняешься?
От стыда горло перехватило так сильно, что он едва смог вдохнуть в легкие воздух.
– Я должен был быть честен с тобой, на все сто процентов.
– Я думала, ты был.
Он смог лишь покачать головой.
– Послушай, ты знаешь, что я имел... довольно тесные отношения с людьми.
– Раньше ты называл это по-другому, – отметила она.
Он снова покачал головой.
– Мой бизнес... это клуб. Ты знаешь, что это такое?
– Регби? Или бейсбол?
– Танцевальный клуб. Место, где люди пьют и... слушают музыку. – Господь Всемогущий. – А также занимаются другими вещами.
– Да?
Он опустил руки. Она сидела, и ее розовые соски были прямо на краю воды, теплая вода лизала их снова и снова… Селена, казалось, не обращала на это внимание.
– Ты не хочешь выйти из воды и облачиться в свои одежды? – спросил он.
– Мне нечего стыдиться.
Охренительно точно подмечено.
– Я знаю. Просто мне трудно сосредоточиться.
– Может быть, этого и я добиваюсь.
Отлично, девственницы не должны быть такими мучительно волнующими. Опять же, она таковой не была – он же лично позаботился об этом.
Дерьмо.
– Миссия выполнена, – пробормотал он.
– Ты рассказывал мне о своей работе.
Он сосредоточил свой взгляд на полу. Выложенном простой белой плиткой, старинной и хорошо вымытой, такие вещи обычно выглядят свежо даже с трещинами и царапинами.
– Трез? – Краем глаза он видел, как она протянула ногу и включила горячую воду, чтобы согреть ванную.
– О чем ты говорил?
Просто сделай это.
Отлично, жизнь была сведена к рекламе Найковских кроссовок.
– Я занимаюсь женским трафиком. Ты знаешь, что это значит?
Она нахмурилась.
– Ты выводишь их на улицу?
– Я продаю их. Их тела. Мужчинам, как правило.
Молчание.
Он посмотрел ей прямо в глаза.
– Мне платят за это. Я продаю их. Понимаешь?
Через какое-то время, ее красивые руки отпустили края ванны и переместились на грудь.
Правильно, подумал он.
– И это еще не самое худшее.
Последовала очень долгая пауза. А потом она сказала:
– Да, будет лучше, если я все же оденусь.
Он поднялся на ноги и направился к двери.
– Да, и я так думаю.
***
Стоя посреди заснеженного поля, Лейла резко повернулась. Она чуть не закричала, когда узнала мужчину, который вышел из-за огромного дерева.
Это был раненный солдат, доставленный в учебный центр Братства.
Тот, кто не поправил ее, когда она спутала его с кем-то из воинов Братства.
Тот, кто привез ее сюда, чтобы помочь Кору в ту далекую ночь.
– Прошу прощения, – сказал он, низко кланяясь, не спуская с нее своих глаз. – Это вряд ли было правильным приветствием.
Она собиралась присесть в реверансе, когда вспомнила, что он не заслуживает уважения. Он, как и Кор, был по другую сторону баррикад.
– Вы выглядите исключительно хорошо в этот холодный вечер, – пробормотал мужчина.
Его акцент был не похож на акцент Кора, каждое слово он произносил четким и хорошо поставленным голосом.
Но ее этим не обманешь. Он уже использовал ее один раз.
И без сомнения, собирался снова это сделать.
– Так о чем же был ваш разговор? – спросил он, сузив глаза.
Лейла еще больше закуталась в свои тяжелые одежды.
– Я думаю, если вы желаете знать об этом, то вам лучше спросите его лично. И прошу меня извинить, я вынуждена вас покинуть…
Ладонь замкнулась на ее руке, пальцы впились в плоть, а его красивое лицо угрожающе потемнело.
– Нет, я так не думаю. Я хочу, чтобы ты рассказала мне, что вы с ним обсуждали.
Подняв подбородок, Лейла посмотрела солдату прямо в глаза.
– Он хотел знать, настоящее ли оно.
Его брови разошлись, хватка ослабла.
– Что, простите?
– Свидетельство о разводе. Он хотел знать, действительно ли Роф оставил свою Королеву… и я подтвердила, что это правда.
Солдат убрал руку.
– При условии, что тебе можно доверять.
– Можно или нет, это все равно не меняет истинного положения дел. Подтверждение этому вы найдете и в другом месте, я уверена.
Хотя, это вряд ли, учитывая тот факт, что контакты королевской семьи с другими представителями расы сводились практически к нулю.
Но, быть может, этот мужчина не знал об этом.
– Значит, брак ничего не значил для Короля.
– Наоборот, их любовь была всегда и всем очевидна. Их связь была крепкой.
Лейла заставила себя беззаботно пожать плечами.
– Опять же, вы услышите это от других, я уверена.
Тро покачал головой.
– Тогда он не мог позволить ей уйти.
