Прикрывая пах руками, он повернулся к ней лицом. Он никогда не видел Пэйн, но ему сказали, что сложением она похожа на своего брата, высокая и мощная. Очевидно, у нее также были иссиня-черные волосы и бледные, ледяные глаза... а высокий уровень ее интеллекта он оценил сам.
Также, очевидно, у нее был жесткий стержень.
– Я могу убить тебя, – сказала она мрачно. – В любое время. И мне даже оружие не понадобиться. Ты сильнее, да... я признаю это. Но у меня есть способности, которые ты даже вообразить не можешь.
– Тогда почему ты не воспользовалась ими?
– Потому что не хочу загнать тебя в могилу. Ты нужен здесь. Жизненно необходим расе.
Гребаный трон.
– Значит, хочешь сказать, что позволила бы себе помереть в спортзале?
– Ты не собирался убивать меня.
О да, подумал он, испытывая отвращение к себе.
– Слушай, Пэйн, мы можем спорить об этом до посинения, и ничего не добьемся. Я больше не буду тренироваться с тобой. Никогда.
– Ты же не думаешь, что я приму аргумент, основанный на моей половой принадлежности.
– Нет, я ожидаю, что ты с уважением отнесешься к моей дружбе с твоим братом.
– Не корми меня чушью про родственные связи. Я – взрослая женщина, состою в отношениях. Мой брат не имеет надо мной власти, ни в какой мере...
Он подался вперед.
– Плевать. Вишес – мой брат. Ты хоть представляешь, что бы с ним было, убей я тебя? – Он указал рукой на свою голову. – Ты можешь на мгновение остыть и подумать об этом? Даже если бы мне было плевать на тебя, неужели ты думаешь, я сотворю такое с ним?
Повисла пауза, и ему показалось, что Пэйн ответит. Но когда она продолжила молчать, он выругался.
– И да, ты права, – добавил он. – Ты дерешься достаточно хорошо, чтобы стать Братом... мне ли не знать, я дрался с ними годами. Я прекращаю бои не потому, что ты, черт возьми, девчонка. По той же причине Куин и Блэй не выходят на поле боя вместе, и поэтому Хекс, если когда-нибудь захочет сражаться с нами, не будет в одной команде с Джоном. Поэтому Док Джейн не станет оперировать тебя или твоего брата. Некоторые вещи чересчур личные, понимаешь, о чем я?
Пока вода падала на заднем плане, он слышал, как Пэйн босыми ногами расхаживает кругами по плитке, практически бесшумно.
– Если бы ты была его братом, а не сестрой, – сказал Роф, – ничего бы не изменилось. Проблема во мне, а не в тебе... поэтому, сделай одолжение, завязывай с феминистскими проповедями. Они у меня в печенках сидят.
Грубовато, наверное. Но он уже доказал, что цивилизованность сегодня обошла его стороной.
Опять тишина. Роф чуть не вскинул руки от раздражения... а потом напомнил себе, что ни к чему сейчас сверкать яйцами.
– Пэйн, да ладно тебе, я понимаю, что твоя гордость была задета. Но я забочусь о твоем здоровье и благополучии сильнее твоих задетых чувств.
Опять повисло молчание. Но она не ушла... он чувствовал ее присутствие также явно, словно мог видеть ее. Она была в противоположном конце комнаты, стояла между ними и выходом.
– Ты серьезно уверен, что не остановился бы? – спросила она хрипло.
– Да. – Он закрыл глаза, с сожалением чувствуя жжение в груди. – Я знаю это. И, как я уже сказал, ты здесь ни при чем. Поэтому, прошу, ради всего святого, перестань и дай мне закончить душ.
Не получив реакции, Роф почувствовал, как его гнев опять начинает закипать.
– Что еще?!
– Позволь задать один вопрос.
– Это не может подождать до...
– Братья устраивают тренировочные бои друг с другом, верно?
– Нет. Их свободное время занято уроками вязания.
– Так почему они перестали тренироваться с тобой? – Ее голос стал ниже. – Почему не занимаешься с ними? Все изменилось после того, как ты занял трон.
– После того, как я полностью ослеп, – выплюнул он. – Вот, когда все изменилось. Назвать день и час?
– Интересно, если я поспрашиваю у парней, они согласятся с этим?
– Хочешь сказать, что я могу видеть? Да ладно? – он обнажил клыки.
– Нет, вопрос в том, занимался ли ты спаррингом со своими братьями после того, как на твою голову водрузили корону. И кажется мне, что ответ будет отрицательным.
– Объяснишь, какое это имеет значение? – встрял он. – Иначе придется наблюдать, как я опять слечу с катушек... и мы оба знаем, как это бывает весело.
Когда Пэйн заговорила, ее голос звучал издалека, и ему показалось, что она отошла к дверному проему, ведущему к кабинкам в раздевалке.
– Я думаю, что единственная причинам наших спаррингов в том, что я женщина. – Когда он открыл рот, она повысила голос. – И я думаю, что ты продолжил бы сражаться со мной, будь я мужчиной. Ты можешь твердить, что думаешь о моем брате, без проблем. Но я верю, что ты на самом деле бОльший шовинист, чем считаешь.
– Пэйн, пошла ты нахрен. Серьезно.
– Я не стану с тобой спорить. Но почему бы тебе не спросить свою шеллан?
– О чем?
– Спроси, как ей нравится иметь с тобой дело.
Он ударил рукой воздух между ними.
– Пошла вон! Прежде чем дашь мне хороший повод еще раз заткнуть тебе горло.
– Почему она не хочет, чтобы ты знал, куда она ходит, пока ты работаешь?
– Прошу прощения?
