Савелий сдержанно сглотнул слюну. На холсте была изображена очень красивая женщина. Наряд старинный, так одевались во Франции простолюдинки много веков назад. Но во внешности женщины просматривалось подлинное благородство: поменяй ей платье, так ее можно было бы принять за какую-нибудь вельможную особу. Краски картины слегка потускнели. Но это работа времени!
Сделав над собой усилие, Савелий произнес как можно равнодушнее:
— Нет.
— Хм… Я допускаю, что подобная картина каким-то образом оказалась у вас и преступники устроили за вами самую настоящую охоту. Дело в том, что стоит человеку прикоснуться к ней, как он погибает. Я очень опасаюсь, что эта участь ожидает и вас.
— Вот как. Интересно. — Савелий старался не выдать своего беспокойства.
— То, что я держу перед собой, всего лишь искусная копия. Таких двойников было написано семь. Их делали разные копиисты, и все они погибли.
— Для чего же это нужно было?
— Я полагаю, для того, чтобы сбить со следа тех людей, кому был нужен подлинник. Мое мнение, что с картиной связана какая-то древняя тайна.
— Господин генерал, можно задать вам один вопрос?
— Разумеется! — разрешил Аристов.
— А какова ваша роль во всей этой истории?
Григорий Васильевич выглядел человеком довольно уравновешенным, вот только его руки не находили покоя. Пальцы то сжимались в крепкий замок так, что белели суставы, а то расцеплялись, но только для того, чтобы потеребить бахрому на скатерти. А еще он успел трижды посмотреть на часы, хотя как будто бы никуда не спешил. Нервы, господин генерал!
Кашлянув в кулак, Григорий Васильевич отвечал:
— Я уже говорил, что здесь я практикую частный сыск. Ко мне обратилась одна женщина… У нее пропал муж-художник. Поначалу не было особых поводов для беспокойства. Если вы не знаете этих художников, то поделюсь: они ведут довольно ветреный образ жизни… Тем более парижане… Засыпают в одном месте, просыпаются совершенно в другом. Подчас даже и не помнят, в какой компании находились. Я предложил ей немного подождать, тем более что такие отлучки с ним случались и прежде. Но когда он не появился через неделю, мне пришлось заняться его поисками.
— И вы его нашли?
— Да… с разбитым черепом… Рядом с ним была вот эта картина, которую вы изволите видеть. Судя по всему, это искусная подделка. Но я подозреваю, что у него был изъят подлинник, с которого он писал эту копию. Не буду вдаваться в подробности, но я потратил немало времени, чтобы отыскать художника. Оказывается, он имел квартиру недалеко от Елисейских полей, о которой не догадывалась даже жена. Следовательно, у него были средства для ее содержания. Это вам не Монмартр, где комнаты сдаются по бросовым ценам. Вероятно, он активно занимался подделкой картин. Я полагаю, что заказчики захотели избавиться от него, как от нежелательного свидетеля.
— Понятно. Но что вы хотите от меня, господин генерал?
Григорий Васильевич выглядел слегка смущенным.
— Мне неловко говорить вам, Савелий Николаевич, но вы у меня в долгу. Ведь я не позволил вас арестовать… Ведь было же такое?
Савелий препираться не стал:
— Да, это так.
— И теперь мне бы хотелось, чтобы вы вернули этот долг. Тем более что вы заинтересованы в расследовании не меньше, чем я.
— Вот как разговор повернулся… Не ожидал! И что же вы от меня хотите?
— Чтобы вы послужили приманкой. Убийца находится где-то рядом. Он кружит вокруг, как акула. И если на вас покушались один раз, то непременно попробуют и еще.
— Вот какую роль вы для меня отвели, — не стал скрывать своего изумления Родионов. — Не ожидал!
— Вам не стоит переживать так сильно, я все время буду рядом.
— А это случайно не ваши люди за мной следили?
— Вы говорите о Латинском квартале?
— Да.
— Мои. Мы не выпускали вас из виду ни на минуту. И знали о всех ваших злоключениях. Но это не так уж и плохо. Не вмешайся они, неизвестно, чем бы все закончилось.
— Тоже верно. Так что я должен делать?
Генерал Аристов без надобности потрогал изумрудную запонку.
— Вы должны поприсутствовать в выставочных залах и в галерее графа д\'Артуа. Одним словом, вас должны увидеть.
Савелий был заметно обескуражен:
— Вы подозреваете, что это сделал граф?
— Совсем нет… Но, как правило, в его салонах появляются не только интересные картины, но и весьма любопытные личности. Вы будете сразу же замечены. И это хорошо.
— Но в такие салоны просто так не попадешь, они устраиваются только для узкого круга лиц.
— Я достану вам пригласительный билет.
Савелий улыбнулся. Не далее как вчерашним вечером о том же самом его просил Виталий.
— Что-нибудь не так? — обеспокоенно спросил генерал.
Савелий пожал плечами:
— Собственно, все в порядке, вот только за последние сутки я выслушиваю подобное предложение вторично.
— А от кого, позвольте полюбопытствовать, было первое?
— Ко мне в тюрьму приходил один человек и предлагал то же самое, что и вы.
— И откуда же этот человек?
Савелий улыбнулся:
— Из охранного отделения. А может, из другого, но тоже очень могущественного ведомства.
