Эти виды хорошо запомнились мне, и я ценю память о них, пронося её сквозь годы. Конечно, такое можно было наблюдать далеко не всегда. Тут часто всё застилали туманы, либо проливные дожди могли длиться месяцами, иногда небо закрывалось грозными и густыми тучами. И насколько были прекрасны эти виды, ровно настолько же были ужасны глубины местного океана.
Улей разрастался с невероятной скоростью, словно живой организм, стремящийся освоить каждую доступную часть пространства. Строительство велось не только на искусственных островах, которые постоянно расширялись, превращаясь в импровизированную сушу, но и под водой. На небольшой глубине начали появляться причудливые купола, созданные из биомассы. Эти структуры, напоминающие гигантские пузыри, были не только прочными, но и гибкими, способными выдерживать давление воды и адаптироваться к изменяющимся условиям. Каждый купол был уникален по форме и размеру, словно создавался под конкретные нужды. Одни служили жилыми помещениями, другие — хранилищами. Их поверхность, слегка переливающаяся на свету, была покрыта сетью тонких прожилок, по которым, как по кровеносным сосудам, циркулировали питательные вещества. Внутри царила мягкая, приглушенная атмосфера, а свет проникал сквозь полупрозрачные стенки, создавая ощущение безопасности.
В нашем рое с каждым днем становилось всё больше жуков, оснащенных жабрами и приспособленных для жизни под водой. Королева, словно увлеченный творец, продолжала экспериментировать с их формами, перемещая органы, изменяя плотность кожи и хитина, словно пытаясь найти идеальный баланс между функциональностью и выживаемостью. Её творения были поразительны: одни жуки обладали обтекаемыми телами, идеальными для быстрого плавания, другие — мощными конечностями, способными разрывать плотные слои ила или водорослей. Наиболее удачные экземпляры запоминались и в дальнейшем воспроизводились материнскими жуками, передавая свои улучшенные черты новым поколениям. Эти изменения были не просто прихотью — они были необходимы для покорения глубин, тех мест, куда мы пока не могли добраться из-за чудовищного давления воды. Каждый новый жук становился шагом к неизведанному, к тем тайнам, которые скрывались в самых темных и недоступных уголках подводного мира.
А в этом подводном мире появилось несколько уникальных видов жуков, специально созданных для выращивания и ухода за водорослями. Эти жуки стали настоящими фермерами глубин, каждый из которых выполнял свою особую роль в поддержании экосистемы.
Первый вид, которого я назвали "Жук-лопатник", обладал широкими, плоскими конечностями, напоминающими лопатки. Их тела были покрыты микроскопическими порами, через которые они выделяли питательные вещества, стимулирующие рост водорослей. Эти жуки медленно перемещались по дну, заботливо "поливая" водоросли и удаляя отмершие части, чтобы те не мешали новым росткам. Их спинные щитки были полупрозрачными, и сквозь них можно было увидеть, как внутри циркулируют ярко-зеленые соки.
Второй вид, "Жук-плетун", был настоящим архитектором. С помощью длинных, гибких усиков он сплетал плотные сети из водорослей, создавая подводные "огороды". Эти сети не только удерживали водоросли на месте, но и защищали их от течений и хищников. Плетуны работали в группах, их движения были синхронными и точными, словно они танцевали под водой.
Третий вид, "Жук-светоч", был, пожалуй, самым удивительным. Его тело излучало мягкий биолюминесцентный свет, который не только помогал водорослям фотосинтезировать на больших глубинах, но и создавал волшебную атмосферу в подводных садах. Светочи медленно плавали среди водорослей, их переливающиеся панцири мерцали, как звезды в ночном небе. Они также выделяли особые ферменты, которые защищали водоросли от болезней и паразитов. Это мне напоминало леса предыдущей планеты, когда в ночное время суток появлялись светлячки, мерцая между деревьями.