Тишину нарушал лишь монотонный шепот голограммных интерфейсов, изредка прерываемый механическим голосом, объявляющим о завершении очередной транзакции, и нервные щелчки когтистых конечностей по сенсорным панелям. Казалось, даже воздух здесь был пропитан напряжением - эти цифры означали не просто деньги, а судьбы целых планетарных систем.
Существа с множеством отростков и непропорционально большими головами сидели, сгорбившись за столами, их выпуклые глаза одновременно отслеживали десятки потоков данных. Их длинные, состоящие из нескольких сегментов пальцы с неестественной ловкостью танцевали в воздухе, перебирая виртуальные столбцы цифр, совершая переводы через сотни подпольных схем - настоящие артерии подпольной экономики галактики. Иногда один из них на мгновение замирал, его щупальца вздрагивали - значит где-то только что решилась судьба очередного мира, даже не подозревающего, что его экономика теперь принадлежит этим безликим бухгалтерам теневой империи.
— Старайся не спорить с ним и не злить — проблем потом не оберемся, — прошептал мне наш друг.
Нас заметил пухлый, на коротких ножках и с множеством подбородков, доходящих до самой груди, местный босс. Он с распростертыми объятиями едва встал со стола и подошел к нам.
— Салезино! Как я рад тебя видеть! — он заметил, что ушастый не отвечает взаимностью, и продолжил: — Все еще обижаешься? Я же извинился за тот случай... А это кого ты к нам привел?
— Это представители новой расы... — начал ушастый, но его перебили.
— А, слышал, слышал. Муравьиный король и королева! Мое почтение... — он сделал наигранный поклон, попутно пожирая маленькими глазенками Фаэлиру, — Я думал, вы будете более... членистоногими, что ли?! Ай, не важно, что вас привело к моей персоне?..
Салезино рассказал нам, с кем мы имеем дело, еще по пути. Это был Грог, глава преступного синдиката, чьи методы наведения порядка включали живые гобелены из содранной кожи неугодных, растянутые на каркасах в его приемной. Безумно жестокий и алчный, он управлял практически всеми криминальными отраслями и был одним из самых влиятельных существ, а его личные покои, по слухам, украшали криокапсулы с замороженными головами бывших конкурентов. Ушастый правильно сделал, что познакомил нас, ведь Грогу очень не понравились наши междоусобицы с мусорщиками, которых он крайне сильно любил - поговаривали, что за каждого убитого мусорщика он лично отрывал конечности виновным, прежде чем бросить их в кислотные ванны. В целом нам пришлось с ним договариваться о многих не самых приятных вещах. Грубо говоря, весь наш диалог состоял из того, что мы не трогаем его бизнес, а он не мешает нам. В знак своей доброй воли он пообещал, что может помочь нам вступить в совет, если нас признает Авионский Союз. Он хотел иметь выгоду на наших мирах и привнести свои порядки. Мы согласились с некоторыми его требованиями, что не очень-то понравилось Фаэлире.
Когда мы закончили наш не самый приятный разговор и вышли из этого злополучного помещения, Салезино начал злобно негодовать.
— Злобный, мерзкий мешок... — начал он, но остановился на полуслове и пришел в себя, — Ух, простите, что вам пришлось пройти через это именно так. Мне срочно надо выпить.
Найдя более-менее нормальное заведение в этом раю для похоти и грехов - уютную полупустую таверну с потертыми деревянными столами и честными ценами на выцветшем меню - он продолжил разговор за небольшим столиком в углу, где пахло старым деревом и добротным элем, а не дешевыми наркотиками и потом. Сев напротив нас и хлебая из бутылки что-то крепкое и пьянящее, он наконец расслабил плечи, будто в этом скромном местечке можно было ненадолго забыть о подземном кошмаре за дверьми. Да, у многим нравилось подобное, стиль отдающий истоками и старыми порядками. Все здесь специально было сделано максимально просто и с закосом под старину. Подземный, неоновый город с старинной таверной, это было довольно странно, придавало некий антураж.
— Старайтесь не переходить ему дорогу. Многие в совете стоят под ним. Одно его слово — и все повернутся против вас. Он крайне злопамятный, и, если надо, найдет вас где угодно. Черт! От него нигде не спрячешься во всей вселенной! Уж поверьте, я знаю.
— Неужели он настолько страшен? — скучающе заговорила Фаэлира, расправляя свои длинные волосы, будто стараясь занять себя чем-то, — Я вообще не понимаю, зачем нам идти ему на уступки. Он, конечно, предложил свою поддержку...
— Ты не понимаешь, на моих глазах он сравнял целый город с землей за один лишь мелкий проступок жителей. Он вырезал целые семьи, колониальные поселения из одной лишь прихоти, — говорил ушастый с серьезной миной, — Ему может показаться, что кто-то просто как-то