– Много путешествовал, пришлось научиться. Не всегда есть в суме чай или возможность им обзавестись. Да, и люблю я травы разные, аромат отличный – девушка, улыбаясь, слушала его, чуть наклонив голову.
Наевшись, Влад сел на трухлявое бревно, и стал приспосабливать похожий на гитару музыкальный инструмент под свои навыки игры. Давно не играл, хотелось. Спутница, удивлённо смотря на его усилия, спросила:
– Вы – рыцарь или менестрель? – так, а это тут разные социальные слои. Да, пошло оно всё, он и так не слишком высокого ранга, чтобы падать ниже. А играть хотелось. Как он дальше будет втаскивать в созданный здесь образ свою любовь к гитаре – это будет ещё сложнее, чем сразу.
– Нет, что Вы, я просто умею немного играть, и развлекаю себя самого и своих друзей – менестрель не всегда есть рядом!
– Мм, а я, получается, вхожу в список Ваших друзей? – заигрывает она с ним, что ли?
– А Вы хотите туда войти? – решил поиграет и он.
– А почему мне быть против? Я ведь толком о Вас ничего не знаю. Вы очень странный, много необычностей в поведении. Судя по всему, там, где Вы росли и воспитывались, нравы сильно отличаются от столичных. Мне интересно общаться с Вами. И с удовольствием послушаю музыку.
Когда гитара (пусть она зовётся так, ведь даже звучать стала по-гитарному) была с трудом подстроена под привычный Владу порядок, он сыграл несколько мелодий, опробывая и подстраивая инструмент, очень волнуясь. Парень был рад, что не настраивал гитару, как некоторые друзья, только по гитарному тюнеру на сотовом телефоне, а умел слушать и запоминать звучание нот на разных ладах. Он с некоторой опаской спел несколько песен, заранее «прокрученных» в голове с точки зрения безопасности: в них не должно было быть непонятных девушке в этом мире слов. Стихи родного мира легко превращались в стихи местного языка – похоже, прежний обладатель этого тела любил стихосложение, и занимался им.
Репертуар был очень разнообразным: «Так случилось – мужчины ушли» Владимира Высоцкого, «Если б не было тебя» Юлии Савичевой, «Где лебеди» Марины Митяевой, «Монета» Андрея Козловского, «Баллада о друзьях» Тараса Шуплата, «Сентябрь» группы «Маятник», «Медный вальс» Александра Ермакова.
Л'eйси старалась не показать, но было видно – ей очень понравились песни Влада, а больше других – та, которую он помнил как саундтрек к советскому фильму «Капитан Немо», но не помнил при этом ни автора слов, ни композитора.
Девушка отпустила контроль за своей мимикой, сидя радом с ним на бревне, и мечтательно глядя на звёзды в ночном небе, наслаждалась отзвуками понравившейся песни, и неожиданно спросила:
– А Вы видели море?
– Конечно, и не только море, но и океан!
– Зд'oрово! А я вот никогда не видела моря…
Девушка ему нравилась, несмотря на некоторую заносчивость, и Влад не удержался от «пробы сил» (к тому же, был шанс получить дополнительную возможность в своих действиях при дворе):
– Захотите – смогу показать Вам море!
Л'eйси оторвалась от звёзд, долго и серьёзно смотрела на него, что-то решая про себя, а потом спросила:
– А, возможностей хватит? Все вы, мужчины, такие – сначала наобещаете наивной девушке с пять котомок, а потом – обманете!
Судя по всему, высказывание про пять котомок было аналогом земного русского про враньё с три короба. Похоже, она даёт ему шанс! У Влада чуть не сорвалось обкатанное в общении с земными девушками «Честное офицерское» – не поймёт его Л'eйси, успел остановиться, подумал: с этой высокородной дамой такое не пройдёт, и ответил иначе, также сделав серьёзное выражение лица:
– Клянусь!
Девушка грустно улыбнулась каким-то своим мыслям, кивнула, не стала развивать тему (но, похоже, этот раунд их общения остался за ним), попросила повторить песню, потом выучила слова, и на очередном повторе стала подпевать, ещё несколько раз попросив повторить песню.
