Разрешите представиться, Риддерк по прозвищу "Король". Именно так прошу обращаться ко мне впредь. Впрочем, если вам доведется услышать от кого-либо историю о бастарде сэра Альтарфа из Стылоборья, Риде Корольке, бросившему вызов самому Вителлию Первому Мужественному из страны Осквы, Великому Магистру Ордена Спецназа, Рыцарю-Толкиенисту, Лучшему Фехтовальщику, наделенному Поясом древневосточной богини Каратэ, и нынешнему государю-президенту, знайте - это гнусная ложь. Усаживайтесь поудобнее, дамы и господа, я расскажу вам, как все было на самом деле...
Король с большой дороги.
Данная вещица - одноразовое чтиво, не имеющее никакой художественной ценности. Все совпадения с реально существующими людьми или событиями случайны, так как роман является лишь плодом буйной авторской фантазии.
Глава первая.
Молодость хороша не тем, что дает возможность
делать глупости, а тем, что дает время на их исправление.
(Тристан Бернар)
Миру известно множество дивных историй: грустных и смешных, бестолковых и поучительных, которые объединяет одно - герои не знают, куда выведут их жизненные пути и что окажется за последним поворотом. Вот и моя судьба есть тайна покрытая мраком.
Вам все еще интересно слушать разглагольствования парня, валяющегося в придорожной канаве? Нет, я не пьян и даже прилично одет. Вру, поглоти меня Бездна, я одет в лучшее из того, что сумел раздобыть: в подбитый бобровым мехом плащ, синий дублет поверх тонкой рубашки, облегающие шерстяные брюки и мягкие сапоги с небольшим каблуком. Последние оказались не по размеру, и слегка жмут, но зато идеально дополняют образ юного дворянина, который я сегодня вновь примерил на себя.
"И как же благородного вида молодой человек очутился среди травы и пыли, щедро согретых осенним солнцем, кое нещадно печет уже второй месяц, один, без слуг и спутников, не имея ни лошади, ни оружия, на Антаресском тракте, между вольным городом Таласком и замком депутата Валтуйского?" - наверняка подумали вы.
Ответ легко предугадать. Я здесь из-за женщины. Смею предположить, что ваша фантазия уже начала рисовать образы влюбленного смутьяна или отвергнутого соискателя, но не торопитесь с подобными умозаключениями, дабы впоследствии не испытать горечь разочарования. Та, кою я дожидаюсь, закинув ногу на ногу и покусывая травинку, безусловно, хороша собой, иначе ей не посчастливилось бы стать невестой упомянутого ранее депутата. Однако интрижки новоявленной знати - это благодатная почва для сплетен и не более. Меня же интересуют совсем другие материи...
О них чуть позже, потому что из-за поворота дороги уже показался едущий рысью верховой авангард. Рослые, крепкие всадники в кольчужной броне, красных плащах и стрельчатых шлемах с высокими шпилями, везли длинные кавалерийские копья, а также украшенные Валтуйским гербом щиты и знамена рода Дорсум. Боевые кони в пестрых попонах высоко вскидывали ноги и налегали на удила.
Я перевернулся, вжавшись животом в землю и аккуратно выглядывая из-под давно отцветшего куста шиповника. Запряженная шестериком карета будущей депутессы, а ныне вдовствующей госпожи Эдилии, подпрыгивала на ухабах, но кучер не опускал бича, угрожающе выставив его вперед. За экипажем следовал отряд из четырех десятков вооруженных стражников, какие-то аристократы со слугами и небольшие, крытые повозки.
Задуманное мною предприятие имело мало шансов на успех, но отступать было поздно. У разбитого телегами перепутья, где засохшая грязь образовала глубокие и извилистые колеи, головные придержали лошадей, высматривая тропу для объезда. Карета остановилась.
- Миледи! - жалобно заголосил я, выбегая из укрытия на дорогу. - Ваша милость! Взываю о помощи...
Несколько знаменосцев тотчас поворотили коней, внимательно изучая невесть откуда взявшегося пришельца. Лакей спрыгнул с запяток, распахнул позолоченную дверцу экипажа и опустил подножку. Кряхтя, наружу вылез тучный мужчина в черной мантии священнослужителя и, благословляюще воздев руки, хрипло произнес:
- Голодный да насытиться, жаждущий да утолиться влагою, страдающий да обретет утешение!
- Ваши слова - бальзам на мои кровоточащие раны, - я подошел к духовнику, опустился на колено и страстно прижал губы к снисходительно протянутому для поцелуя перстню.
- Отец Елеазар! - воскликнул подъехавший из арьергарда молодой аристократ с проницательным взглядом и шпагой на поясе. - Мы спешим!
Он был одет так вычурно и помпезно, что напоминал петуха, грозно встопорщившего хвост и распустившего перья. От обилия красной и золотой вышивки зарябило в глазах.
- Да-да, - кивнул толстяк. - Но этот достойный юноша оказался в затруднении, капитан-виконт.
- Кто он и чего желает?
- Я - Велор, оруженосец прапорщика Лесатха, ехал с поручением до Алиота и угодил в засаду разбойников...
Мое вдохновенное вранье могли бы легко принять за правду. Увы, этого не случилось.
- Мы - давние приятели с Роланом, - скривил тонкие губы виконт, - однако ни разу не видел тебя в его свите. Как ныне поживает сестра прапорщика Лигия? Также проводит дни за шитьем близ Черного пруда?
- С ней все в порядке, Ваша Милость, - пробормотал я непослушным языком.
Дворянин холодно улыбнулся:
- Лигия умерла четыре года назад.
Он махнул слугам:
- Связать негодяя. Разберемся с ним позже, мы и так потратили много времени впустую.
