— Бог с вами, не поеду, — король вздохнул. — Покажите мне этого вашего Тарвела, развяжите войну — и возможно, она придется мне по душе. — Клифф скосил глаза в сторону Кэмерон. — Вас, кстати, сударыня, не препроводить обратно в замок, под защиту Фэринтайна? Раз уж мы направляемся в военный лагерь, вряд ли это лучшее место для леди.
Королева надменно вскинула подбородок:
— Вам ли не знать, какова эта леди в бою. Я останусь с Айтверном. Мне интересно посмотреть, что выйдет из его затеи.
— Быть по сему. Интересно будет оказаться с вами на одной стороне. Но все же, сэр Артур, — в голос гарландца добавилось яда, — пока мы едем к его светлости Данкану Тарвелу, сочините аргументы получше, чем «вы заключите со мной союз, потому что я вас очень об этом прошу».
Часов после четырех ночи, когда покинувший иберленский Коронный совет и отдавший ряд распоряжений своим солдатам Эдвард Фэринтайн едва успел уединиться с женой, в дверь их покоев раздался стук. Камердинер сообщил, что явился сын графа Рейсворта — и требует его впустить.
— Что-то требовать юный лорд Рейсворт может только у своих лакеев, — ответил эринландский король раздраженно. Он устал и хотел спать. Иберленцы продержали его на своем совете почти до самой полуночи, а после пришлось еще проведать офицеров, рассказать им о перевороте, принять меры безопасности на случай, если местные совсем рехнутся. — Скажите этому юноше, пусть возвращается днем после обеда. Или послезавтра. Или никогда.
— Он уверяет, разговор не терпит отлагательств, сэр. Очень просит о вашем внимании.
— Впусти его, Эдвард, — вмешалась Кэран. В отличие от мужа, она не казалась ни усталой, ни злой. Чародейка смотрела на слугу приветливо, выглядела хорошо отдохнувшей. — Вдруг дело и впрямь важное. Мне кажется, в такую ночь не бывает неважных дел.
Фэринтайн посмотрел на жену с досадой, махнул рукой.
— Так и быть. Фредгар, скажи мальчишке, пусть заходит.
Лейвис Келвин Рейсворт напоминал чем-то своего троюродного брата — и одновременно не был на него похож. Такой же светловолосый, худой, жилистый — но весь какой-то всклокоченный и нервный. Если Артур Айтверн держался с определенной церемонностью и даже манерностью, кузен его владел собой явно хуже. Дерганые движения, быстрый взгляд. К тому же, юный Рейсворт был явно пьян — от него изрядно разило спиртным.
Юноша вошел в отведенную Фэринтайнам гостиную, огляделся.
— Садитесь, — Эдвард указал Лейвису на глубокое кресло, стоящее спиной к дверям. Сын лорда-констебля опустился в него, Кэран расположилась напротив, на мягком диване.
Фэринтайн достал из бара бутылку бренди и три рюмки.
— Будете, сударь?
— Буду, — сказал Лейвис решительно и мрачно.
Эдвард усмехнулся. По молодому человеку было очевидно — пить ему больше не стоит. Тем не менее, король Эринланда разлил терпкий, ароматный напиток по рюмкам и сам одну тут же опустошил. Молодой Рейсворт тут же последовал его примеру, а вот Кэран даже не шелохнулась. Она не любила выпивку.
— Хороший бренди, — сказал Лейвис, утерев губы рукавом.
— Сомневаюсь, что вы сейчас можете отличить хороший бренди от плохого, — Эдвард уселся в кресло по левую руку от гостя. — Совет кончился едва три часа назад, где вы успели напиться?
— А мне долго и не надо, — ухмыльнулся кузен Артура. — С нашей новой королевой.
— Вы дружны, не так ли? — осведомился Эдвард вежливо.
— Дружны? — Лейвис скривил губы. — Можно и так сказать. С самого детства. Можно мне еще?
— Можно. Не стесняйтесь просить о таком, — сказал Эдвард, подливая гостю вторую рюмку.
Он мало что знал об этом мальчишке. Лейвис Рейсворт обычно держался в стороне от политики и пользовался при дворе еще меньшим влиянием, чем Артур Айтверн — полгода назад. У него не было ни могущественных покровителей, ни амбици й, ни сторонников, ведь все знали, что Рейсворты — лишь тень Айтвернов, боковая линия Драконьего Дома, во всем исполняющая волю главной. Однако отец этого юнца захватил сейчас власть в Иберлене. На Серебряный Трон Роальд Рейсворт посадил Айну Айтверн, но королеве будет нужен король. Если верховный констебль пожелает удержать страну в руках своего дома, он выдаст новоиспеченную королеву Айну за отпрыска.
Эдвард Фэринтайн присмотрелся к стремительно хмелеющему мальчишке, что сидел в кресле, сгорбившись в неловкой позе, и елозил пальцами по краешку стола. Если брать с виду, он еще меньше годился в короли, нежели Гайвен Ретвальд. Но и самого Эдварда десять лет назад никто в здравом уме не прочил на трон.
— Расскажите мне о магии, — сказал Лейвис внезапно. — Все, что можете рассказать.
— Неожиданная просьба. И ваша кузина, и лорд Гайвен не горели желанием говорить со мной на эту тему.
