– Крадхейк – смутьян и бунтовщик, это здесь каждая собака слышала. Еще с тех пор, как воевал в вашей стране, а случилось это лет за восемьсот до моего рождения. С детства знаю, что от этого господина жди любой каверзы, а как начал служить в страже – лично за ним приглядываю. Его светлость Владыка Метели уже рассказал про ваше родство?
– Успел. Хотя и не могу сказать, что легко воспринял подобную новость.
– Еще бы. Это я сызмальства слышал, что лорд Шэграл – просто знатный смутьян. Ты из преданий своей страны знаешь о нем нечто иное. Порождение тьмы. Повелитель мрака. Князь демонов. Только вживую твой родственник не столь страшен, правда? Накормил тебя довольно скверным завтраком и небось всю дорогу болтал, как радеет за благо нашей стареющей нации? – Брелах покачал головой, все так же издевательски улыбаясь.
Почувствовав в речи собеседника некое двойное дно, Гайвен осторожно заметил:
– Я встречал много действительно опасных людей. Взять хотя бы покойного лорда-констебля Раймонда Айтверна или Гледерика Кардана, до самой смерти претендовавшего на мой престол, или, совсем недавно, гарландского государя Клиффа. Все они были очаровательны и любезны и вовсе не производили устрашающего впечатления. Тем не менее они могли с одинаковой легкостью выпить с человеком вина или отправить его на плаху. Нечто подсказывает мне, лорд Шэграл – такой же.
– Верно подсказывает, – сказал Брелах уже без ухмылки, и в нотках его голоса проскользнуло нечто опасное. – Старый Шэграл именно таков. И я тоже именно таков, если ты не успел еще обмануться моим головотяпством. Я тебе больше скажу, Гайвен Ретвальд. Тебе и самому палец в рот не клади – судя по бойне, которую ты устроил в Тимлейнском замке. Хочешь заморить червячка? – спросил эльф без всякого перехода. – Видел, что у вас было на столе, – мороз по коже пробежал. Я заказал Эйслин только кофе, но она девочка умная и завтрак снарядит на двоих.
– Был бы признателен, – ответил Гайвен чуть неловко. Он уже начал забывать о случившемся вчера, но Брелах напомнил ему об этом, и теперь юноша находился в смешанных чувствах.
Собственная магия, оказавшаяся на короткое мгновение доступной и позволившая покарать хотя бы нескольких изменников, манила и вновь просилась в руки. Молодой Ретвальд понял, что не испытывает отвращения, вспоминая моменты, когда убивал Джеральда Коллинса или же гвардейцев Рейсворта. Напротив – мысли об этом принесли ему удовольствие. Он хотел бы впредь иметь возможность пользоваться подобным оружием, куда более опасным и смертоносным, нежели меч или даже пистолет.
«Шэграл, еще будучи голосом, шелестевшим в моих ушах, обещал научить меня колдовству. Мне нужно держаться родственника, потому что этот слишком веселый фэйри вряд ли заинтересован мне помогать. Для него я лишь досадное недоразумение, полукровка, замешанный в интригах опасного бунтовщика».
– Где сейчас мой дед? – спросил Гайвен.
– Прапрадед, – тут же поддел его Брелах. – Его уже повели к Келиху. Вести с тем весьма непростой разговор: отвечать на вопросы, оправдываться, отпираться, юлить, все прочее, что твой родич в совершенстве умеет. Часа два пробеседуют точно.
– Келих – так зовут вашего государя, я запомнил правильно?
– Келих – мой младший брат. А еще это наш повелитель и сюзерен, король Волшебной Страны и владыка всех Великих Домов и колдовских племен, так что запомнил ты верно. О, – вскинулся предводитель Стражей Границы, – чувствую, обед несут. Подожди, два мгновения…
Отворилась дверь, и в комнату вошла Эйслин. Девушка внесла и поставила на стол большой поднос, на котором имелись три чашки с каким-то ароматным черным зельем, а также тарелки с жареным мясом и отварным картофелем, с грибами и с сыром, и с морской рыбой, маринованной в овощах.
– Угощайся, – сделал Брелах широкий жест, – представляю, насколько ты остался голоден с предыдущей своей трапезы. Ну, милая леди, поведайте, что у нас там?
Прежде чем ответить, рыжеволосая эльфийка от души приложилась к своей чашке. За раз Эйслин отхлебнула не меньше половины.
– Дэлена поймали в Каэр Трелане полчаса назад, – сообщила девушка, и ее командир удовлетворенно кивнул, будто подтвердились его собственные подозрения. – Хотели повести на дознание, но его величество повелел не трогать. Заявил, что слуга не несет ответственности за приказы своего господина.
– Вот что называется излишняя щепетильность, – пробормотал Брелах, и было видно, насколько сильно он недоволен. – Есть слуги, чью шею давно положено укоротить – безотносительно того, хорош или плох их господин.
– Ты меня дальше слушать будешь? – спросила Эйслин.
– Молчу, я полено.
– Молчи. Шэграл настоял на немедленном созыве Великого Тинга и на том, чтобы провести его сегодня, не позже заката, а лучше – часа через три.
– Экий наглец! Келих уже посадил его в темницу?
– Келих согласился.
Темноволосый сид очень медленно поставил на край стола чашку, из которой только что пил. Гайвен заметил, как руки Брелаха при этом дрогнули.
– Рассказывай, – сказал фэйри тихо.
