Башаса и его недовольные стражи повели Каи, Зиде и Тарен в другую комнату дворца, устланную коврами и подушками для сидения, с очагом на полу.
Клановые шатры сареди имели отдельные пространства для сна, еды и разговора. Здесь присутствовало такое же деление, но роль каменных стен играли занавеси. Если так было организовано все пространство дворца, а не только та часть, где содержали заложников, это представлялось не слишком удобным; не было доступных способов для изменения пространства, когда в клане появлялась новая семья или приходило много гостей. Впрочем, Каи понятия не имел, как жили Иерархи на самом деле. Возможно, они поедали свои семьи. Кто знает?
Они расселись на подушках рядом с очагом, и один из испуганных слуг принес Башасе его отвратительное питье красного цвета. Зиде также приняла чашу. Тарен с нескрываемым отвращением отказалась.
– Теперь, когда мы все собрались – о, Даин, заходи, садись с нами.
В дверь со двора вошел молодой человек, бледный, как Тарен, если не считать россыпи веснушек на щеках, и с короткими волосами соломенного цвета. На нем, как и на Тарен, были надеты длинная светлая туника, широкие штаны и плащ.
– Это Даин, – сказал Башаса, – брат маршала Тарен.
Даин вошел и, немного поколебавшись, сел на подушку рядом с Каи.
– Даин, – сказала Тарен, – это демон.
– О. – Даин безучастно посмотрел на Каи. – Могу я здесь присесть?
– Да, – ответил Каи. Сходство Даина и Тарен ограничивалось одеждой, волосами, тонкими губами и резкими чертами лица. От него не исходила сила, не чувствовалось диковинной связи с потусторонним миром. Однако он не являлся полностью смертным. – Кто ты?
Судя по выражению лица Даина, прежде никто не задавал ему такого вопроса. Он удивленно посмотрел на Тарен.
Она выглядела так, словно Каи задал ужасный вопрос.
– Мы Благословенные, – сказала она. –
Каи осознавал, что Бессмертные маршалы составляли часть Благословенных Бессмертных, что являлось очевидным даже для сареди, которые до войны слышали лишь легенды о них. Но сам Каи никогда не мог перестать быть демоном, поэтому не понимал, как Благословенные Бессмертные могут прекратить быть собой.
– Что это значит: «покинули их ряды»?
Зиде с мрачным видом потягивала красный напиток из чашки, морщась после каждого глотка.
– Это значит, что она сражалась за Иерархов, пока это не стало для нее неудобным.
Выражение лица Тарен оставалось каменным и одновременно смущенным.
– Наши Патриархи приняли решение выполнить просьбу Иерархов и послать им на помощь Бессмертных маршалов. И я действительно за них сражалась. Но нарушила клятву и обратилась против них по личным причинам.
Даин поднял руку:
– Из-за меня. Я и есть та личная причина. Часть соглашения состояла в том, что некоторые из Меньших Благословенных переходили в распоряжение Иерархов, чтобы стать жрецами в их храмах. И я в их числе. – Он выглядел немного смущенным. Должно быть, Даин понял, что его объяснение получилось недостаточно убедительным, поэтому добавил: – Меньшие Благословенные не могут черпать силу из Колодца Тосарена, как Высшие Благословенные. Мы живем долго по сравнению со смертными и можем пользоваться большинством вещей, созданных при помощи энергии Колодца, и… – он нахмурил брови, – это делает нас расходным материалом.
Теперь лицо Тарен застыло, как гранит.
