Валери покинула класс в странном настроении. Ей было лестно, что декана волновало, на чью сторону она встанет в последней битве. Значит, её силу заметили и признали... Но вместе с гордостью девушка ощущала странное щемящее чувство... Она обещала Карлу никому не рассказывать о вечерах возле кабинета Амикуса Кэрроу. Юноша не хотел покупать такой ценой хорошее к себе отношение. И Валери вынуждена была согласиться: друзья, которые любят тебя только за энергию, которую ты им отдаёшь, слишком похожи на вампиров.
Но теперь душу грызла несправедливость происходящего: её хвалят, а он... Есть люди, жизнь которых, словно невидимая звёздная пыль, проходит сквозь пальцы, хотя всё вокруг и наполнено этой жизнью...
Конечно, профессора МакГонагалл тоже можно понять. Она наверняка знает о метке Карла. Но если судить только по меткам, очень легко ошибиться...
Погружённая в свои мысли, Валери не заметила идущего впереди Горация Слизнорта.
— Извините, профессор! — она наклонилась и стала собирать его бумаги.
— Ничего, от вывихнутого плеча ещё никто не умирал, — рассмеялся профессор Слизнорт.
Огненная рысь, сама того не ведая, открыла перед Валери дверь в знаменитый клуб Слизней. Хотя Карл скептически отозвался об этой организации, Валери доставляло удовольствие сидеть напротив наследников древних магических фамилий, чьи счета в банке Гринготтс составляли числа с устрашающим количеством нолей. Кроме того, это обеспечивало ей сносные оценки по зельеварению.
— Простите, я задумалась, — Валери почтительно протянула ему стопку конспектов. И вдруг спросила. — Профессор, скажите... Если человек стоит на противоположной стороне... он автоматически становится твоим врагом?..
— Вы имеете в виду конкретного человека? — уточнил Гораций Слизнорт.
— Нет, я говорю вообще... Раньше я тоже так считала... Это делает жизнь проще и... как-то определённее... Но ведь если задуматься, нет людей, которые стопроцентно плохие... Ну, может, и есть, но из них армию не набрать. Вот и получается, что среди врагов есть семидесяти или даже пятидесяти процентные... И что же тогда делать?..
— Мисс Дюран, — остановил её профессор, и голос его стал непривычно серьёзным, — война — а я так понимаю, что вы говорите именно о ней, — это война. Там некогда размышлять и разглядывать противника. Всё предельно просто. У тебя на груди красный бантик, а у него, например, зелёный. Ты убьёшь его, если потребуется. И даже не потому что ненавидишь, а просто потому что у тебя красный бантик, а у него зелёный. И ещё потому что в противном случае он по той же причине убьёт тебя.
Валери стояла, широко раскрыв глаза, в которых на мгновение погасли все огни.
Гораций Слизнорт ласково потрепал её по плечу, снова надевая чудаковатую улыбку.
— А впрочем, не стоит забивать этим голову накануне экзаменов.
Он забрал бумаги и продолжил свой путь, а Валери — свой...
Этой ночью Карл плохо спал. Один за другим мелькали сны: одинокий голос змея, глубокая песня синего кита... Дракон с каменными крыльями, болотный фонарник, ждущий того, кто не никогда не придёт... Берег океана, две цепочки следов, превращающиеся в одну... Мальчик-фестрал, бредущий по улицам городов...
Утром он встал и побрёл в столовую, потом собрал учебники и отправился готовиться к экзаменам. Выучил ещё несколько заклинаний, потренировался в трансфигурации, повторил состав особенно сложных зелий, заснул над историей магии...
Снова приснился этот сон.
Карл проснулся и побежал в замок.
В коридорах Хогвартса царила странная суета. Внешне всё выглядело, почти как обычно: надсмотрщики с чёрными повязками, стройные ряды учеников. Но в глазах, украдкой отрываемых от пола, вспыхивали радостные искорки. На лицах преподавателей под обычной равнодушной строгостью мешались волнение и надежда...
