Роберт составил его на основе давнего протокола. Он внес туда иностранных королей и королев, послов, ректоров университетов, членов Конгресса. «Я ограничился четырнадцатью сотнями человек, – сказал ей камергер, – а значит, вы и Тедди сможете пригласить по сотне личных друзей». Беатрис не стала возражать. В любом случае, у нее не было столько друзей.
Многие люди называли себя ее друзьями, но единственным настоящим был Коннор.
Она замерла. Конечно, ей почудилось имя Коннора, потому что она только что о нем думала.
Но нет, вот он, прямо посреди списка гостей: мистер Коннор Дин Маркхем, с адресом в Хьюстоне.
«Значит, он уехал из города», – ошеломленно подумала Беатрис. Она пыталась не развивать мысль, но не могла не задаться вопросом, на что теперь похожа его жизнь, счастлив ли он. Встретил ли кого-то.
Что он делал в списке приглашенных?
Она наклонилась вперед и нажала на интерком.
– Роберт? Мне нужно поговорить с вами о свадебных приглашениях.
Через несколько мгновений дверь открыла Джейн, новая помощница Роберта. Она тащила за собой тележку, груженную четырьмя огромными ящиками.
– Джейн, – медленно спросила Беатрис, – это все свадебные приглашения?
– Да, Ваше Величество. – Джейн опустилась на колени и вытащила коробку с нижней полки тележки. – Я не знала, что именно вызвало у вас сомнения, поэтому привезла все. Здесь сорок пустых бланков; если вы хотите кого-то добавить, назовите имя, и я попрошу каллиграфа его дописать.
– Ничего страшного, – остановила ее Беатрис. – У меня просто возник вопрос по поводу одного приглашения.
Роберт выглянул из-за открытой двери.
– Могу я помочь?
Беатрис кивнула.
– Одно имя в списке гостей меня удивило. Мой бывший гвардеец, Коннор Маркхем.
– По традиции мы приглашаем бывших гвардейцев на королевскую свадьбу, – медленно сказал Роберт. – Взгляните, некоторые из ваших прежних охранников также включены.
Беатрис посмотрела на список. И да, ниже Коннора шли имена других ее охранников – Ари и Райана.
– Понятно, – осторожно сказала она. – Однако я бы хотела удалить Коннора из списка.
– Вероятно, с ним какая-то проблема?
Роберт долго смотрел на нее. Беатрис вдруг подумала, не знает ли он. Она понятия не имела откуда, но если кто и мог раскопать секреты других людей, так это Роберт.
– Нет, ничего особенного. – она удивилась тому, насколько небрежно прозвучал ее голос, несмотря на бешено колотящееся сердце.
Джейн принялась рыться в коробке, на которой толстым черным маркером было написано «J – N», какое-то время листала приглашения и нашла нужное.
Беатрис едва ли не вырвала конверт из рук Джейн.
– Спасибо. Мне нужно об этом подумать, – заявила она с наигранным спокойствием.
– Конечно. – Джейн сделала реверанс и вышла из офиса, таща за собой тележку. Роберт помедлил, все еще с любопытством глядя на королеву, но затем тоже удалился.
Беатрис опустилась на стул. Шум разбудил Франклина; щенок подбежал к хозяйке и игриво ткнулся ей в ноги. Она позволила ему забраться к себе на колени, не заботясь, что шерсть налипнет на светлые брюки, и развернула конверт.
Приглашение было тяжелым, наверху сияла тисненная золотой фольгой королевская монограмма. Беатрис никогда не спрашивала, сколько времени ушло у дворцового каллиграфа, чтобы тщательно выписать каждое от руки.
Приглашение
Эти два имени не должны были встретиться в одном предложении. Двум сторонам ее жизни грозило вот-вот столкнуться, и это могло вылиться в катастрофу.
Беатрис тяжело дышала. Она не хотела думать о Конноре. Пыталась гнать мысли о нем с той ночи в Уолторпе, когда между ней и Тедди все стало по-настоящему. Но Коннор все еще маячил призрачной фигурой где-то на задворках ее сердца.
Она представила, что случится, если на самом деле отправить приглашение. Какие эмоции промелькнут на лице Коннора, когда он вскроет конверт: потрясение, гнев, замешательство и, наконец, настороженная неуверенность. Он неделями будет мучиться, ехать или нет, тысячу раз передумает, а затем в самую последнюю минуту помчится в аэропорт и явится сюда в своей старой форме…
И что потом? Неужели будет стоять и смотреть, как она выходит замуж за другого?
Беатрис посмотрела на свой фамильный герб, вырезанный в тяжелом камне камина: пара горизонтальных линий, увенчанных тремя звездами и ревущим грифоном. Как всем было известно, звезды и полосы на гербе Вашингтонов послужили источником вдохновения для американского флага.
Под гербом красовались слова их семейного девиза: FACIMUS QUOD FACIENDUM EST.
