Итан просто смотрел на нее, медленно качая головой. Он засунул руки в джинсы, но Дафна заметила, что внутри карманов те сжаты в кулаки.
– Невероятно.
У нее пересохло во рту.
– Я не…
– Ты правда решила, что я рассердился из-за нашей глупой сделки? – спросил он. – Мой лучший друг со мной не разговаривает!
«И мой тоже», – подумала Дафна, прогоняя внезапное чувство вины.
– Мне жаль, что Джефферсон на тебя сердится, но так нужно было сделать.
– О, так нужно было сделать? – повторил Итан. – Дафна, вообще-то некоторые из нас предпочитают сохранять своих лучших друзей, а не скидывать их с лестницы!
Это был удар ниже пояса. Но разумеется, Итан знал, как причинить ей боль. Потому что был таким же бесчестным, эгоистичным и безжалостным, как и она. Вот почему в конце концов он поймет. Итан поступил бы так же, окажись сам на ее месте.
– Клянусь, Джефферсон успокоится, – серьезно сказала она. – Особенно после того, как ты бросишь Нину.
Когда Дафна рассказывала эту историю Наташе, то знала, что таким образом разлучит принца с его другом. Лучшие планы всегда были связаны с наибольшими потерями.
Она не хотела обидеть Итана, но что еще ей оставалось? Вдобавок это же не навсегда. Потом – когда Джефферсон пригласит ее на свадьбу, когда она укрепит свое положение, – Дафна все исправит и убедит принца простить Итана. Она сможет убедить Джефферсона в чем угодно.
В конце концов, они опять станут друзьями. Итан увидит: Дафна сделала то, что было лучше для них обоих. Взаимоотношения между ними станут такими же, как прежде: они будут плести интриги и карабкаться вверх по социальной лестнице, заботясь об интересах друг друга. Только она станет принцессой, а Итан графом. На этот раз они обретут реальную власть.
Дафна взглянула на Итана, но он смотрел на нее с явным отвращением.
– Ты не поймешь, – тяжело сказал он. – В отличие от тебя Нина – хороший человек.
– О чем ты? – спросила Дафна, ощущая, как внутренности стянуло узлом.
– Я не причиню вреда Нине только потому, что ты так хочешь. – Он невесело рассмеялся. – Понимаю, новость оглушительная, учитывая, что остальная часть Америки всегда твердит тебе, как ты прекрасна, но не все в этой жизни о тебе.
Дафна отступила на шаг. Ее каблук зацепился за гравий, и камешки разлетелись во все стороны. Итан помог ей устоять.
Она оттолкнула его, пытаясь восстановить хоть какое-то подобие прежнего достоинства.
– Конечно, обо мне. Ты вообще из-за меня стал с ней встречаться, – напомнила она ему.
Оба вздрогнули от звука открывающейся двери, но это был всего лишь смотритель, поставивший мешок с мусором у бака. В его наушниках гудела музыка, и он их даже не заметил.
Когда дверь за ним снова закрылась, Итан вздохнул.
– Я больше не могу заниматься твоими играми, Дафна. Ты никогда не соблюдаешь правила.
– Я играю на победу. – Слова выскочили сами, почти автоматически.
Обычно Итан улыбнулся бы. Но теперь он просто пристально смотрел на Дафну, его темные глаза были полны усталости и обиды.
– Что бы ты ни планировала, оставь меня в покое.
Они еще долго стояли там, их сердца грохотали в тишине.
– Ну и хорошо. Проси свой титул у кого-нибудь другого, – заявила Дафна, сверкнув зелеными глазами.
С высоко поднятой головой она ушла от Итана так же безмятежно, как если бы выходила с дворцового приема. Только вернувшись на стоянку, Дафна замедлила шаг, а затем устало обмякла у дверцы машины.
Не важно, она все сделает сама. Итан ей не нужен.
Она Дафна Дейтон, и она никогда не нуждалась ни в ком.
– Джефф? – позвала Сэм, обходя дворцовый гараж. Сначала она проверила спальню брата, а не найдя его там, попросила Калеба связаться с охранником принца, Мэттом, и узнать, куда ушел Джефф. К ее удивлению, брат отправился покидать мяч в старую баскетбольную сетку, которую отец повесил еще в их детстве.
Небо было безоблачно-голубым, воздух полнился обещанием лета. Сэм надела солнцезащитные очки.
Впереди слышался стук мяча об асфальт. Сэм повернула за угол и остановилась, когда увидела, что Джефф играет не против Мэтта, как она думала.
А против Маршалла.
Не обращая внимания на ее появление, они продолжали обмениваться добродушными подколками. Казалось, ребята знают друг друга бо́льшую часть своей жизни, а не каких-то пару недель.
Маршалл сделал ложный выпад влево, а затем оторвался от Джеффа. Побежал вперед, бросил мяч в корзину – и в эту секунду заметил ее, стоящую в тени гаража.
С тех пор как их засняли в бассейне, Сэм и Маршалл следовали правилам и подчеркивали свои отношения: ходили на публичные свидания, коктейльные вечеринки и приемы. Сэм отчаянно хотела узнать, что он на самом деле думает обо всем этом, но Маршалл держался с прежней непринужденной непочтительностью. Он смешил Саманту, держал ее за руку, когда репортеры их фотографировали, – и все.
Маршалл так ни разу больше и не поцеловал Сэм. Его дедушка, вероятно, дал ему тот же самый наказ, что и Роберт: сохранять приличия. Так почему Сэм продолжала об этом упорно думать?
Она прошла под корзину, подняла мяч и посмотрела на Маршалла.
– Похоже, ты промазал, – заметила Сэм и начала вести мяч.
