Мирдин берет черный плащ, накрывает лицо капюшоном и торопливо покидает свою обитель. Он скрывается за пологом тишины и магии. Воины, охранявшие крепость, не замечают тень и пропускают мага за ворота замка так же, как и королеву. Он бесшумно двигается за ней по тропинке. Думает, что она спустится к морю. Это ведь ее стихия. Но королева удивляет Эмриса и сворачивает в лес. В темноте за деревьями он едва различает девичий силуэт. В дремучей чаще леса неожиданно появляется поляна, а за ней озеро в свете луны и звезд. Маг наблюдает за тем, как дева снимает плащ, и он замирает. Под нехитрой одеждой скрывается прекрасное нагое тело. Кожа отливает серебром в лунном сиянии. А волосы девы струятся по спине, прикрывая соблазнительные бедра. Да, Ютэр умел выбирать женщин. У королевы стройные ноги, тонкая талия, высокая грудь. Дева поднимает руки к небу и шепчет древнее эльфийское заклинание. А Маг не может отвести взгляда от белоснежных холмиков с затвердевшими от холода вершинами. Мирдин тихо стонет от того, как болезненно ноет в паху. Ему не нравится пришлая выскочка, но он мужчина. Пусть не такой молодой, как рыцари, но пятьдесят – это не возраст для мага. Он хранил себя много лет, копил магическую силу, не позволяя себе тратить энергию на женщин. Но сейчас маг не думает о магии и пророчестве – его волнует лишь эта женщина.
Его слегка удивляет то, что в свете луны волосы эльфийки кажутся темнее, кожа – чуть светлее, а сама она – выше ростом. Какая прекрасная иллюзия. Из дум его выводит нежный напевный звук, что исходит из озера. Ангельские голоса зовут королеву, и она медленно входит в воду. Ее тело излучает необычное сияние. Маг удивляется тому, что эльфийка не плывет, а идет по воде, медленно спускаясь все ниже и ниже. А когда вода накрывает ее с головой, маг беспокоится. Он выходит из укрытия и всматривается в поверхность озера. Замечает, что в центре появляется странное свечение, оно кругами расходится по воде. Неожиданно из воды поднимаются руки девы, затем ее прекрасное тело. Она парит все выше и выше, а из озера вырываются огненным потоком светящиеся бабочки. Они мерцают, как волшебные жучки, летая вокруг королевы. Мирдин слышит шум крыльев и нежные голоса. Он подходит ближе и замирает от восторга – это не бабочки или диковинные жуки, это лесные и озерные элементали. Дева кружится в воздухе вместе с ними и заразительно смеется, когда маленькие магические существа щекочут крыльями ее обнаженную кожу. Маг с удивлением понимает, что Гвенвифар обладает не только стихийной магией, но и озерной. Редкая магия, что не несет особой пользы обладателю, но делает его схожим с эльфами. Издревле девы с подобной магией являются хранительницами озер и лесов. Этой, видимо, не хватает общения со своими маленькими сородичами. Поэтому и бегает из замка на озеро под покровом ночи.
Плеск воды возвращает мага мыслями на землю. Он замечает, что дева выходит из озера и делает шаг в его сторону. Но, благодаря магическому покрову, она его не видит.
Девушка проходит рядом с тем местом, где стоит маг. Он рассматривает капельки воды на груди и плечах, чувствует нежный возбуждающий аромат. Маг готов пасть на колени и просить королеву подарить поцелуй. В этот миг дева поворачивает к нему прекрасное лицо, и Мирдин понимает, что это не королева, а ее старшая сестра Гвин. Та бесцветная птица в серых одеяниях с туго стянутыми в косы волосами. Маг прижимает руку к груди. И все барьеры, что он строил эти годы, падают. Он должен обладать девой. Завладеть ее телом, забрать душу, впитать ее магию. Верховный жрец видит, как сестра королевы набрасывает на плечи накидку и уходит по тропинке в сторону крепости. А маг падает на колени и шепчет: «Сестры… Ее сестры». Боги услышали его и дали знак. Со своими желаниями он разберется позже, а сейчас пора бы заняться делом. Теперь он знает, как может одолеть юную королеву. Она сама придет к Артуру и предложит и себя, и корону. Нужно лишь собрать травы, поговорить с ее сестрой и дождаться из дальнего похода рыцаря Ланселота.
Я лежу в темноте и чувствую нежные прикосновения к лицу. Все, как тогда в шатре. Я заснула, а Ланс снимал поцелуями мою усталость. Как бы я хотела, чтобы мой сон оказался явью, чтобы губы любимого стерли воспоминания о ненавистных ласках черноволосого воина. Я устала бороться с собой. Шепчу, как заклятие, что мне нужен мой Ланс, а из глаз текут слезы.
