Издательство «Коллекция «Совершенно секретно»» продолжает свою серию «Школьный триллер» изданием цикла повестей американского писателя Р.Л.Стайна под названием «Улица Страха». Пять самых красивых девушек школы названы претендентками на звание королевы выпускного бала. Но чья-то безжалостная рука убивает их одну за другой...
Как мы ни старались, все разговоры вертелись только вокруг убийства. Можно было сколько угодно гнать из головы дурные мысли, но кто-нибудь вдруг опять вспоминал или говорил что-нибудь такое, от чего все возвращалось к исходной точке.
Мы были жутко взвинчены, хотя никто в этом не признавался. Делали вид, будто все случившееся — просто шутка, глупый розыгрыш, но на самом деле, уж поверьте, мы все были на взводе. Во-первых, убийство произошло совсем рядом; во-вторых, жертвой стала наша ровесница — такая же девочка, не лучше и не хуже.
— Ну, а с другой стороны, — вздохнула Дона, застегивая белую шелковую блузку, — ей по крайней мере не придется ломать голову, что надеть на выпускной вечер.
— У тебя совесть есть?! — возмутилась я.
— Действительно, ты даешь, Дона, — поддержала меня Рейчел.
Был вторник. Разгоряченные после урока физкультуры, девчонки торопились в раздевалку, чтобы успеть на собрание по поводу предстоящего выпускного бала. В раздевалке уже стоял гомон и смех.
Поставив одну ногу на деревянную скамейку, между Доной и Рейчел, которая ерзала, пытаясь влезть в узкие черные брюки, я быстро завязала шнурок и спросила:
— Видели утром новости по телеку? Рейчел отрицательно покачала головой.
— А что, про убийство передавали? — поинтересовалась Дона.
— Ага. Показывали, как полиция обшаривает лес в районе улицы Страха и ищет какие-нибудь улики. Потом показали овраг, где велосипедист нашел тело. И саму девочку показали. В пластиковом мешке, а мешок застегнут на молнию.
— Ой! — Дона даже поперхнулась.
— И еще показали ее фотографию в жизни — обыкновенную черно-белую фотографию. Она на ней улыбается, приятная такая улыбка... Говорят, ей нанесли шестнадцать ножевых ударов.
— В общем, отулыбалась, — горько съязвила Дона.
С тех пор, как мы услышали об этом убийстве, Дона то и дело отпускала подобные шуточки. Наверное, просто не хотела показывать, как она переживает.
Рейчел бросила на нее сердитый взгляд.
— Ничего смешного!
— Да ладно тебе, — так же резко ответила Дона. — Я еще понимаю, если бы погибла чья-нибудь сестра или подружка. А то — подумаешь, какая-то никому не известная девушка...
— На большой перемене я звонила своей двоюродной сестре Джеки в Уэйнсбридж, — остановила ее Рейчел. — Так вот, Джеки сказала, что это была ее подруга.
— Подруга? — повторили мы с Доной в один голос — А что ж ты раньше молчала?
— И не просто подруга, — продолжала Рейчел, — а лучшая подруга, самая близкая. Джеки прямо в себя прийти не может. Для нее это жуткий удар. — Рейчел достала расческу и запустила ее в свои прямые рыжеватые волосы. Вдруг, побледнев, она добавила: — До сих пор не могу поверить, что это произошло здесь, в Шейдисайде. Все это так ужасно!
— А у твоей сестры есть какие-нибудь предположения, кто это мог сделать? — спросила Дона.
Рейчел покачала головой. — Нет. Она только сказала, что Стэси была ужасно хорошенькая и все ее любили. Полиция пыталась выудить у Джеки какие-нибудь подробности, но она была в жутком состоянии, совершенно ничего не соображала и толком ничего не могла им сказать. — Рейчел кинула расческу в рюкзак и застегнула его. — Я же сама живу на улице Страха. Тело нашли через квартал от моего дома. И я все время думаю, что на месте той девочки точно так же могла оказаться и я.
— А вот я не могла бы, — твердо заявила Дона, накладывая блеск на губы. — Какая бы здесь чертовщина ни происходила, меня в шейдисайдском лесу мертвой не возьмешь!
Поняв, что с большим пафосом произнесла самую настоящую чушь, Дона сама прыснула от смеха.
— Да? — сказала я. — По телеку было интервью с полицейским. Он считает, что убийца скорее всего следил за домом Стэси. Ненормальный какой-то, ждал, когда она останется дома одна, а потом...
Я замолкла, специально выдерживая паузу, чтобы поддразнить подруг.
— Что — потом? — с нетерпением спросила Дона.
— Убил ее прямо в спальне.
Рот Доны вытянулся в маленькое испуганное «о».
— Ненавижу оставаться дома одна, — пробормотала она.
— Маловато, чтобы сохранить себе жизнь, — съехидничала я.
Дона смерила меня невидящим взглядом. И вдруг издала истошный вопль. Потом, будто бы в ужасе обхватив голову руками, стала визжать еще громче. Ее дурашливая выходка вызвала взрыв хохота. В игру включилась вся раздевалка.
К Доне подскочила Шери Ползен и, выхватив воображаемый нож, стала ударами рассекать им воздух, издавая тот самый звук из «Психоза» [1]. Ну, когда Энтони Перки не убивал кого-нибудь: «И-и-и! И-и-и! И-и-и!»
Потом Шери, изображая зомби, начала бродить по раздевалке с безумным взглядом, будто выискивая жертву. Все девчонки бесились и орали, как только могли.
На самом деле это было совсем не смешно, но все почему-то смеялись. Наверное, именно потому, что такой ужас произошел где-то совсем рядом. Может, и правда — побесишься вот так, и станет легче? Я не знаю...
В конце нашего ряда какая-то девочка громко хлопнула дверцей шкафчика и стремительно вышла из раздевалки. Дона даже подпрыгнула, как от выстрела.