Охваченный эйфорией, мой разум был затуманен. Если бы я мыслил ясно, возможно, не пошел бы на то, что собирался сделать дальше, но все, о чем я мог думать, было то, что мне нужно больше ее. Навсегда. Навечно. Теперь, когда она отказалась от своего последнего шанса на свободу — должна была знать, что будет моей навечно.
Теперь ей не было спасения.
Я схватил ее запястье и вывернул его за спину.
Она поморщилась от резкого движения.
— Ай, что ты…
Ее стон был нечто схожим с криком, непристойным звуком, от которого я снова затвердел внутри нее, когда порезал ее запястье своим когтем.
Наклонившись над ней, я придавил грудью к столу, и поцеловав ее мочку уха, прошептал:
— Ты принадлежишь мне, маленькая воровка, до конца вечности…
Она вздрогнула от слов, которые я произнес, когда мы впервые заключили сделку. Она наклонилась и без слова схватила нож Катрин, бросившись по коридору прочь от меня.
Мне пришла в голову мысль погнаться за ней, но я отбросил ее с мрачной улыбкой, заправляя штаны.
Я дам ей свободу. Пока.
Скоро я снова ее найду.
Глава 9
Мои ноги начали двигаться, прежде чем я поняла, что решила бежать. Без цепи, прикрепленной к моему ошейнику, я бежала быстрее, чем раньше, влетая в повороты и мчась по длинным пустым коридорам.
Я сжимала нож так сильно, что пальцы онемели. Даже не понимая, зачем его взяла, мне не нужно было оружие, но мне казалось неправильным оставлять его, теперь, когда я знала, что в нем находится душа Катрин.
Я не была ничем обязана женщине, которая умерла несколько десятилетий назад, но все равно было неправильно оставлять ее с Белиалом. В любом случае, он сам дал мне этот нож. Теперь я чувствовала, что он принадлежит мне. К тому же Белиал сказал мне, убить его им. Если он снова сделает со мной что-то плохое, я воспользуюсь его предложением.
Пробегая мимо доспехов, я едва услышала, как они просили меня притормозить. Я была слишком поглощена бурными эмоциями, переполнявшими меня, чтобы сосредоточиться на чем-то, кроме ритмичного стука своих шагов и решимости уйти. Если бы меня не давила тяжесть реальности, то мои противоречивые мысли наверняка разорвали бы меня на части.
Мне нужно было свободное пространство. Мне нужно было вдохнуть свежий воздух.
Всего было слишком много и одновременно недостаточно.
Я была так уверена в себе, в тот момент, когда Белиал стоял на коленях передо мной.
Я забыла о его предательстве и лжи.
Я забыла о манипуляциях.
Я потерялась в нем, в том, как чертовски хорошо чувствовала себя, когда он был внутри, что забыла обо всех ужасных вещах, которые он со мной сделал… пока он не сделал третий порез на моем запястье, и вся уродливая правда не вернулась ко мне.
По крайней мере, теперь, все эти гребаные факты об этой ситуации не перевешивали хорошие моменты. Во мне было большей частью глупой влюбленности, остальное — извращенная часть, которая любила Белиала сильнее, чем ненавидела Владыку Костей.
После всего, что только что произошло, я больше не могла это отрицать. Я была безумно увлечена демоном, которому принадлежит моя душа — настолько, что, даже получив второй шанс уйти, я отказалась от него.
Я продолжала бежать, зная, что, если замедлюсь или остановлюсь, развалюсь на части. Поддамся волне эмоций, догоняющей меня, и, скорее всего, просто расплачусь посреди коридора под взглядами одержимых вещей Белиала, хотя чего тут уже стыдиться, если они и так видели, как их господин трахал меня на столе?
От этого свежего воспоминания по моему позвоночнику пробежала сильная дрожь. Оно было настолько свежим, что я все еще чувствовала его пальцы на своей коже, его дыхание на затылке и его сперму внутри меня, стекающую по бедру.
Белиал сдержал обещание и заставил меня почувствовать что-то помимо боли, но я никогда не думала, что почувствую настолько много.
Боль в боку в конце концов заставила меня сбавить темп, и я направилась вниз по лестнице. Я блуждала в бесконечном лабиринте коридоров, с меняющимися проходами и бесполезными указаниями от болтающей мебели.
Я не имела ни малейшего представления, где уже побывала и куда иду. Из платья уже даже не текла кровь, так что по следу назад теперь не вернуться.
Хотя, думаю, я больше и не пыталась найти выход.
Белиал вскоре сам придет за мной, и потащит обратно на бал. Или в постель.
Я держалась изо всех сил, стараясь не поддаться тяжелым мыслям, но как только адреналин начал угасать, они захлестнули меня. Белиал на утесе. Его красивое лицо, несмотря на все шрамы. Танец с ним в тронном зале. Момент, когда он открыл свою настоящую сущность. То, как я почти физически почувствовала, как мое сердце разбивается, когда поняла, что он просто играл со мной. Как меня волоком тащили через Стикс, чтобы я сидела у него на коленях, как какая-то собака на поводке. Белиал на коленях в коридоре, умоляющий меня простить. Как он трахал меня до потери сознания — во снах, в своей постели, в лабиринте.
