Ураган нужно просто переждать. Оседлав его левую ногу и поработив его руки, она придвинулась ближе, ощутив прикосновение его горячего твердого члена. Имена снова жадно припала к губам Максима, одновременно нащупав узел на запястье и несколькими быстрыми рывками развязав его.
Сначала Максим, казалось, не заметил, что руки его свободны. Имена отбросила линь прочь и замерла, когда губы герцога скользнули вниз по ее шее, легонько посасывая кожу. Запрокинув голову, женщина испустила стон наслаждения и стала ерзать по его ноге.
Руки его обвились вокруг ее талии, придерживая и не давая упасть на пол. Оба словно растворились в сексуальном забвении.
— Так-то лучше, — прошептал Максим, прикусывая зубами ее шею. — У тебя вкус моря.
Имена задвигалась, пытаясь скинуть свой камзол. Подбородком отодвинув полу, герцог стал ласкать ее через хлопковую рубашку свободного кроя. Ей наконец удалось снять камзол, и она отбросила его прочь. Привстав, она быстро сняла с себя сначала брюки, затем панталоны.
Имена ощущала опьянение, но все же не настолько сильное, чтобы не суметь снова оседлать Максима, закинув руки ему за спину и протянув веревку. Он же накрыл ее груди ладонями и принялся ласкать, шепча что-то о том, какая мягкая у нее кожа. Еще одно мгновение — и она обовьет веревкой и свою талию тоже, связав их тела, как раньше они были соединены объятием Максима. Имена принялась целовать его, одновременно закончив вязать узел, достаточно крепкий, чтобы выдержать смену позиций.
— Я никуда от тебя не денусь, — произнес герцог, обнаружив веревку. — Так зачем ты…
Имена обхватила его ноги бедрами, сомкнувшимися над его эрегированным членом.
— Позже, — выдохнула она.
Казалось, что с момента их любовной игры в купальне прошло всего лишь несколько минут. Лоно Имены скользило вдоль фаллоса Максима, доставляя невероятное удовольствие им обоим.
— Ах, Имена, — простонал он, — сделай так снова.
Она повиновалась. По телу ее прошла мощная судорога, свидетельствующая о приближении оргазма. Она слегка приподнялась, затем опустилась, приноравливаясь к длине и ширине его твердого мужского достоинства, — он сумеет доставить ей огромное удовольствие, когда тела их сплетутся воедино.
Максим сжал пальцами ее бедра, не пытаясь, однако, контролировать ее движения.
— Как я вижу, ты хочешь, чтобы я замертво упал на пол. В противном случае зачем так мучить меня? — произнес он сдавленным голосом.
Имена пыталась восстановить дыхание.
— А как же призыв
— Не хочу быть подвергнутым столь изощренным пыткам. — Имена прижалась к нему сильнее, и Максим продолжил: — С этим можно и повременить. А сейчас просто возьми меня. — Выделяя голосом слово «возьми», он посмотрел Имене прямо в глаза, и она заметила в их глубине миниатюрное отображение своего лица. Герцог содрогнулся всем телом и прикрыл веки. — Прошу тебя, — сказал он, беспокойно двигая бедрами.
Схватив край ее рубашки, он стянул ее через голову и, отбросив прочь, принялся сосать ее сосок.
Имена погрузила пальцы в свое увлажнившееся лоно, а затем сомкнула их вокруг его фаллоса, держась другой рукой за плечи Максима, чтобы не упасть. Слыша стук его сердца и биение пульса под пальцами, она принялась ласкать головку его члена, смазывая его влагой своего лона и заставляя Максима стонать. Отпустив сосок, он прижался головой к плечу Имены, омывая кожу жарким дыханием.
Выдохнув, Имена сжала его член, стон Максима вибрировал на ее теле. Принимая его плоть в себя, Имена не сумела подавить рвущийся наружу собственный стон. Она стала осторожно двигаться, позволяя Максиму глубже проникнуть в себя.
Он прошептал ей в шею:
— Имена, милая, ты такая влажная внутри. И горячая. Я смогу разжечь пламя страсти, которое поглотит нас обоих. Это будет восхитительно.
— Это пламя может перекинуться на судно, — ответила она, продвигаясь еще на дюйм и замирая, чтобы сполна насладиться ощущением. — Тогда мне придется прерваться, чтобы убить тебя.
— Это метафора, моя сладкая.
— Не нужно читать мне стихов, — ответила Имена, сжимая мышцы своего лона вокруг его члена.
По телу ее прошла дрожь, а Максим издал сдавленный стон.
— Тогда я хочу взять тебя, прижав к мачте.
— С ума сходишь по мачтам, а? — Она продолжала принимать в себя его член, постанывая от удовольствия. Первое слияние было ее самой любимой частью соития, по крайней мере, в то время как оно происходило, она наслаждалась каждой секундой, и даже с одним и тем же партнером ощущения всякий раз были новыми и очень сильными.
Максим засмеялся, приподнимая бедра:
— Мачты, балки, длинные гладкие носы судов…
Имена тоже смеялась, она наконец достигла предела, дальше которого двигаться было уже невозможно, и резко выдохнула, испустив долгий стон. Замерев на мгновение, она принялась осторожно двигаться, соски ее при этом терлись о поросший волосами торс Максима, даря ей восхитительные всплески сильных ощущений.
Максим бессвязно бормотал:
— Сильней, черт побери, еще сильнее, ты убиваешь меня.
Имена схватила его за плечи, наращивая темп движения бедер, которые, казалось, зажили собственной жизнью.
