— Ну что вы, — Роланд представил переполох, который поднимется, если Жанин узнает о том, что журналистка проторчала полчаса на улице, и последствия ему не понравились. Но он быстро нашел выход из ситуации. — Я могу пока рассказать вам об Экто-1. У этого автомобиля удивительная история.
— Минуту, — Моника достала из сумочки диктофон. — Я только поставлю на запись.
Про свою любимую машину Роланд мог говорить часами, а в лице журналистки он наконец-то получил благодарного слушателя. Она с живым интересом воспринимала все, что он рассказывал, делала пометки в блокноте и задавала толковые вопросы, из которых можно было понять, что к заданию она отнеслась со всей ответственностью. Роланд давно не чувствовал такого прилива красноречия — казалось, сегодня сам Мартин Лютер Кинг мог бы позавидовать его ораторскому мастерству.
Поэтому он был очень разочарован, когда Гарретт, видимо, услышав голоса, прервал его в своей фирменной шутливой манере.
— Ролли, зачем ты так мучаешь нашу гостью? — он сделал впечатляюще крутой разворот возле Моники и ослепительно улыбнулся. — Гарретт Миллер. Если вам нужна помощь — моргните дважды, и я вытащу вас отсюда.
Журналистка представилась в ответ; Роланд все же надеялся продолжить, но возглас Жанин, которая спустилась вниз и заметила Монику, положил конец его истории.
— Здравствуйте! — секретарша улыбнулась, стараясь скрыть нервозность. — Меня зовут Жанин Мелнитц. Мы с вами договаривались об… э… интервью.
— Очень приятно, — Моника немного замялась. — Это будет не совсем интервью, скорее подробный репортаж. Или серия репортажей, если все пройдет удачно. Я рассчитываю провести у вас пару дней, узнать подробнее о вашей работе… И, если возможно, увидеть вас в действии.
— О, мисс, если какой-нибудь призрак высунется, мы с радостью надерем ему задницу! — весело сказал Гарретт. — Прихватите фотоаппарат, чтобы запечатлеть это для истории!
Жанин неодобрительно взглянула на него и обратилась к Монике.
— Думаю, сначала надо устроить вам экскурсию и познакомить со всеми. В первую очередь вы должны увидеть доктора Спенглера — именно его гений сделал возможной всю нашу работу, — она увлекла за собой журналистку вглубь башни, но та успела обернуться к Роланду.
— Спасибо за интересный рассказ, мистер Джексон.
Гарретт добродушно ткнул Роланда локтем.
— О, дружище, а ведь блондиночка на тебя запала!
— Хватит шуток, — раздраженно ответил тот.
— Какие шутки?! Если она нашла интересным твой экскурс в историю этой колымаги, то это любовь, брат!
Резкий звон прервал юмористический монолог Гарретта, и парни поняли, что экскурсия Жанин закончилась, не успев толком начаться. Охотники были нужны в городе.
***
Кайли относилась к журналистам прохладно — впрочем, как и вся команда, за исключением оптимиста Гарретта. Хотя пресса и не поливала их грязью, но порой — за неимением сенсаций или таких сочных жертв как проштрафившиеся политики — репортеры не ленились пройтись по «Охотникам за привидениями» парочкой едких статей, кишащих не слишком тонкими намеками на психические отклонения, асоциальное поведение и мошенничество. Больше всего ее бесило, что ни один из этих бульварных писак не удосужился хоть раз немного узнать о предмете материала и разобраться — совсем чуть-чуть — в их деятельности.
Однако Моника, хоть и не завоевала безоговорочную симпатию, казалась достаточно толковой и профессиональной. По пути к месту вызова она живо интересовалась оборудованием, техникой и классами призраков, а упомянув «Справочник духов» Спенглера, моментально смогла разговорить Кайли. Впрочем, выбор респондентов был небольшой — Роланд сосредоточился на вождении, а Эдуардо всю дорогу продремал на переднем сиденье. От недосыпа или по другой причине он не проявил к Монике ни малейшего интереса, ограничившись вежливым приветствием, и Кайли отметила, что этот факт ее радует — хотя сегодня она должна бы желать, чтобы этот наглый латинос распустил хвост и пытался произвести впечатление на журналистку.
После «великого подковерного скандала класса 5» — ох уж эти шуточки Гарретта! — они успели помириться, потом поспорить из-за того, кто потащит швабры и тряпки в кладовку, еще раз помириться под строгим взором Жанин, а во время сборов на вызов — обменяться колкостями и заключить пари. Кайли поставила на то, что Эдуардо за весь день не сможет сдержаться и не брякнуть любимое «Я же ученый!» в присутствии Моники. По традиции ставкой стало бодрствование на ночном дежурстве — победитель мог спокойно отсыпаться на диване, пока проигравший честно несет вахту. Кайли понимала, что даже в случае проигрыша Эдуардо точно уснет, но это не очень волновало ее — ведь дело было в принципе.
***
На место они добрались на удивление быстро. К Экто-1 подскочил взъерошенный и бледный мужчина в сбитом на бок фартуке, даже не дождавшись, пока смолкнет сирена.
— Там! — выпалил он, отчаянно махнув рукой в сторону маленькой кофейни. — Пожалуйста… Бен остался!.. Он еще… Еще…
— Успокойтесь, мистер, мы во всем разберемся, — уверенно сказал Гарретт, проверяя ремни протонного блока.
