— Хочу послушать ваш дальнейший план, мисс Блейк. Вчера вы имели наглость заявить, что сможете справиться с этой темой. Я дал вам шанс. Ну?
Моника, напудренная, причесанная и одетая с иголочки, совсем не была похожа на ту всклокоченную фурию, влетевшую позавчера в кабинет Клеменса с кучей бумаг и криком «Срочно в номер!». Каким-то чудом, наперегонки со временем, им удалось сверстать и сдать в печать два разворота, выпустив номер с самой горячей новостью лета за два часа до «Таймс», после чего шеф, немного поддразнивая Монику, все же назначил ее на эту — ей открытую! — тему.
Сейчас, бледная от напряжения, она раскрыла перед ним папку.
— Здесь комментарии от начальника полицейского департамента. Завтра он устраивает пресс-конференцию. В пять вечера я беру интервью у Энди Стотча — он сам попросил о встрече. Вот это, — она извлекла из папки с десяток густо исписанных листов, — очерк от ассистента Натана Хилла. Очень эмоционально, но есть несколько любопытных моментов о подлоге тел, под которые я рекомендую выделить четверть полосы, — Моника сняла с шеи диктофон, достала из него кассету и положила на стол Клеменса. — Вчера вечером поймала адвоката Эмили Оуэн, он пытался договориться, чтобы ее выпустили под залог. На пленке его комментарии.
— Ох, и дорого же она обошлась четвертому, — по толстым губам шефа пробежала неприятная усмешка.
— Двадцатого пройдут слушания по поводу залога, — продолжала Моника. — К тому моменту у нас будет полная информация по всем делишкам «Милосердия без границ», — она выдохнула. — Кажется, на эту неделю все.
— Ничего не забыли? — улыбка сползла с лица Клеменса. — Не вижу в вашем плане комментарии от жертв. Желательно тех, кто провел там больше времени.
Моника стиснула в руках папку.
— У нас есть Энди Стотч, — решительно произнесла она. — И при всем уважении, мистер Клеменс, я считаю, что мы должны сосредоточиться на культе и его участниках, а не жертвах.
Шеф приподнялся в своем кресле и заинтересованно посмотрел на Монику.
— Вы ведь понимаете, что если мы не станем этого делать, других это не остановит?
— Да, — тихо произнесла она.
— И все равно не хотите начать трепать жертв? Выпытать у них подробности? Разыскать их родственников? Сделать жалостливый материал?
— Нет, — почти прошептала журналистка.
Клеменс помолчал, а потом — Моника не поверила своим глазам — улыбнулся.
— Джон Рут, чтоб его черти съели, всегда говорил, что я вас недооцениваю, мисс Блейк. И я начинаю думать, что он был прав, — он постучал пальцами по столу. — Работайте.
***
Завидев Гарретта, толпа журналистов, второй день осаждавшая пожарную часть, кинулась к нему. Кое-как прорвавшись сквозь стену из тел, выкриков и вопросов, Гарретт въехал внутрь, захлопнул дверь, чуть не прищемив несколько рук с диктофонами, и шумно вздохнул.
— Ох уж эта популярность!
В приемной покоя тоже не было. Эдуардо и Кайли собирались на вызов, а Роланд помогал Жанин отвечать на звонки, пока она очень эмоционально выговаривала кому-то по запасному телефону.
— Доктор Хейли, при всем уважении, у наших сотрудников не было никакой возможности сохранить алтарь… Потому что при помощи этого орнамента ваш сотрудник в числе своих сообщников призывал демона, ставшего причиной гибели многих… Что? Какая может быть компенсация? Рассудите здраво… Ах, халатность? А это не ваши сотрудники проявляют халатность, участвуя в каннибальских культах?! — Жанин рассерженно бросила трубку и тяжело вздохнула.
Роланд тем временем объяснялся по другому телефону.
— Нет, мы не даем комментарии по этому делу. Нет, передачи нас интересуют…
— Спроси о рекламе, — громким шепотом подсказала ему Жанин.
— …нас больше интересует возможность разместить рекламный ро… Повесили трубку, — Роланд пожал плечами.
— И что, так весь день? — поинтересовался Гарретт у Эдуардо, уныло укладывающего оборудование в Экто. Тот кивнул. — Ну, а вы куда намылились? Что-то интересное?
— Старик Митчелл опять чудит, — вздохнул Ривера. — На обратном пути мы еще заедем… э…
— В прачечную, — уверенно сказала Кайли, высунувшись из окна машины. — После Митчелла мы заедем в прачечную. Так что не теряйте.
— О, ну раз такое дело… — Гарретт хитро взглянул на Эдуардо и вполголоса бросил, отъезжая. — Когда будешь в прачечной, не забудь почистить джинсы от кошачьей шерсти, Эдди.
Ривера густо покраснел и скрылся в Экто; Гарретт, беззлобно посмеиваясь, подкатил к столу Жанин.
— Долго нам сидеть в такой осаде?
— Пока не уляжется шумиха, — флегматично ответила секретарша. — Честно говоря, я сама не рассчитывала на такой ажиотаж, когда договаривалась о репортаже.
— Ну ведь подружка Роланда чуть ли не национальными героями нас выставила, чему удивляться, — хмыкнул Гарретт. — Хотя в основном, конечно, его.
Роланд поперхнулся.
— Во-первых, она мне не подружка. Мы всего пару раз выпили кофе…
— И завтра идете в кино, — многозначительно добавил Гарретт.
— Во-вторых, нехорошо подслушивать телефонные разговоры, — терпеливо продолжил Джексон. — В-третьих, тебе ведь вроде понравилась статья?
