Коул:
Я убрала свой телефон.
— Ты практически светишься от счастья. — Маккензи притворилась, что ее тошнит. — Скажи мне, что ты все еще способна убивать зомби и что не собираешься посыпать их радужной пылью.
Как будто я стану тратить радужную пыль на зомби.
— Не беспокойся обо мне, мой любимый жук. Хочешь знать, почему на Марсе нет никаких признаков жизни? Потому что я тама была.
Она попыталась скрыть свою улыбку.
— Если ты скажешь, что Смерть однажды встречалась с Али Белл, я, пожалуй, рискну немного поиграть в пирата и просто пойду и выколю тебе глаз.
— Почему ты хочешь выколоть глаза девушке, которая дважды досчитала до бесконечности? Девушке, которая может выиграть в игру «Четыре в ряд» всего за три хода? Девушке, которая может разжечь огонь, потерев два кубика льда друг об друга?
— Теперь я точно хочу выколоть тебе глаза, — пробормотала она.
Я рассмеялась.
— Все, что я хочу сказать, это то, что я готова к сегодняшнему вечеру… что бы ни случилось.
Было 3:04 утра, и, как и ожидалось, никаких признаков зомби. Я была свободна от дежурства, но дома меня ждали не раньше семи утра.
Жизнь не могла быть более совершенной.
О, подождите. Могла. Маккензи и Бронкс жили с Коулом и его отцом, мистером Тайлером Холландом, и они решили провести остаток ночи в спортзале. Я ни словом не обмолвилась о своих планах с Коулом, но, думаю, что моя улыбка от уха до уха выдавала меня.
Гэвин предложил отвезти меня домой. Будучи джентльменом, он открыл для меня дверь с пассажирской стороны своей машины.
— Мне есть чем заняться и на что посмотреть. — он жестом пригласил меня внутрь. — Запрыгивай, кексик.
— Спасибо.
— Не привыкай к этому.
Он говорил это от всего сердца. «Не засмейся». Я обожала этого парня, но не была слепа к его недостаткам.
Один из моих недостатков: я находила каждый из них очаровательным.
Он сел за руль и завел двигатель, лед на окне растаял. Гэвин выехал на дорогу и сказал:
— Итак, когда ты получаешь права?
— На следующей неделе. — когда-то меня тошнило даже при одной мысли о том, чтобы управлять металлической ловушкой смерти, известной как автомобиль, но столкновение со злобным зомби-близнецом себя… не спрашивайте… немного изменило ситуацию. — А что? Тебе надоело возить меня?
— Нет. Просто хочу убедиться, что успею переехать в другой штат. Ты — трагическая случай, ожидающий своего часа. — он выругался. — Прости. Я не то имел в виду.
— Все нормально. Мы оба знаем, что я заставляю толпу пожилых людей выглядеть чемпионами NASCAR[1]. - у меня были отношения любви и ненависти со скоростью. Я любила медленный темп и ненавидела быстрый.
— Об чем и речь, — сказал Гэвин. — Есть такая вещь, как дорожная ярость, и у меня она есть.
— У тебя есть и много других вещей, — пробормотала я.
— Это правда, и все они потрясающие.
Я закатила глаза.
— Кстати, не вези меня домой. Отвези меня к Коулу. — по крайней мере, надеялась на это. Я написала ему сообщение, надеясь, что он не заснул.
Его ответ пришел через несколько секунд.
Мое сердце затрепетало от волнения:
Коул:
Мое сердце затрепетало в тысячу раз быстрее:
Коул:
Я:
Коул:
Гэвин подмигнул мне.
— Значит, сегодня та самая ночь, да? Наконец-то кое-кто получит твою вишенку.
Не может быть. Я не верю, что он только что сказал это.
— Ты такая свинья.
— Свиньи милые.
— И грязные.
— Идеальное сочетание.
Невозможно оскорбить того, кто никогда не обижается.
— Слушай, я не собираюсь обсуждать свою сексуальную жизнь… или ее отсутствие… с тобой.
Ничуть не смутившись, он сказал:
— Если только ты не сломаешь себе шею по пути к нему, ты прыгнешь в постель этого парня, как только окажешься там, и мы оба это знаем.
Господи. Они с бабушкой были в одной команде, и я не была уверена, у кого из них получалось лучше.
— Итак… хочешь совет, как превратить что-то обычное, в экстраординарное? — спросил он. — Я в некотором роде секс-эксперт.
— Вообще-то, ты что-то вроде эксперт в кобелизме.
— Не будь смешной. Такого слова даже не существует.
Я не могла перекрыть ему дыхательные пути. Он потеряет управление, и мы разобьемся.
