Она кричала о разрывающей душу боли, прося не за себя. Маленькая светловолосая девочка стояла перед глазами. Единственный ребёнок Бильюта погибал вместе с ней.
Королева двух королевств не могла видеть, что с оставшимися демонами сражаются дорны, устойчивые к любой магии. Они рвали в куски лохматых тварей, через секунды снова собирающихся в одно целое, выигрывая время.
«Древний» спешил на помощь к живородящей.
Огромный факел голубого пламени над местом засады был виден издалека.
Вайрель заливал огнём куски воняющей серой плоти, превращая в пыль осмелившихся прийти на Ийторию слуг Дьявола.
Невыносимая боль рвала живот, сверлила мозг, мешая сосредоточиться. Анна опускалась ниже и ниже. Сил держаться в воздухе не оставалось. Она понимала, что едва коснётся земли, её растерзают.
Тропический ливень потоком изрыгался небеса. Резкие порывы ветра, молнии с рокотом рвущие свинцовую высь. Всё пыталось уничтожить тварей.
Не получалось.
Матис хотел перетянуть убийц на себя, подставляя крылья, подлетая почти вплотную снизу. Попытки перекусить нечисть тоже остались без успеха. Окружающий их светящийся кокон ограждал от любого воздействия.
Демоны не реагировали. Они точно выбрали цель и не собирались от неё отказываться.
Чёрный дракон выл от отчаяния, не имея возможности спасти жену.
Ультразвук с трудом выдерживаемый перепонками, огромная тень, наполовину закрывшая небо.
Вайрель угрожал тварям, терзающим любимицу.
Драконы разлетелись в стороны, освобождая место тому, чей огонь расплавлял горы.
– Повернись на бок!– Минтора, промокшая до последней нитки, не обращала внимание на заливающуюся за шиворот воду.
Капюшон плаща давно сполз с головы. Превратившиеся в мокрую паклю волосы закрывали глаза, мешая обзору.
– Начни падение, – Передавала она приказы «древнего».– Но будь готова взмыть за облака!
Матис кружил неподалёку, готовый в любой момент подставить спину.
– Уйди!– грозный оклик Минторы заставил его отклониться.– Пламя не затронет Анну, но убьёт тебя, если под него попадёшь.
– Льяна, читай заклятие от живого огня, ты знаешь его, вспомни исход с Земли.
Жительницу двух миров спасали с помощью обоих планет.
Драконша завалилась на бок, с трудом вспахивая небо слабеющими крыльями.
Она впервые, слово в слово повторяла заклинание на едва узнаваемом языке, и он едва походил на русский. Диалект, сохранённый в генетической памяти драконов, в спешке удравших от демонов.
С трудом терпимый жар ударил в измученный болью живот.
Драконша плотно сжала челюсти, боясь закричать.
– Вверх!
Окрик матери заставил ускориться, взмывая к звёздам.
Вайрель сопровождал, не прекращая поливать огнём визжащих тварей. Полминуты и от них остались куски лап с когтями, впившимися в мягкую кожу между больших чешуек.
– Оборачивайся в человека!– Матис подставил жене спину.
Она упала на бок между крыльев, боясь задеть за живот.
Боль, дикая, обжигающая, заставила громко кричать.
Из глаз брызнули слёзы.
Анна почувствовала, что когти начали шевелиться, миллиметр, за миллиметром продвигаясь внутрь утробы.
«Вытаскивай их немедленно!»
Льяна могла кричать сколько угодно. Сказать проще, чем сделать. Аня боялась дотронуться до живота. Каждое прикосновения к частичкам демонов приносило невыносимое страдание. Ещё немного, и она потеряет сознание.
– Держи меня!– громкий, уверенный возглас Минторы дарил надежду.- Я вытащу из Нюты когти.
Ливень сменился на моросящий дождь, не давая просохнуть скользкой коже.
Матис приготовился принять груз в два раза тяжелее жены. Драгоценную ношу нельзя уронить. Он закусил отвисшие губы, сосредотачиваясь.
Вайрель направил крыло ровно в центр, рядом с раненой.
Матис закряхтел:
– Тёща, пора вам на диету садиться.
Марина направила ладонь на когти, ответив с ехидцей.
– Пока я, зятёк, на твою шею присела.– Она потащила на себя один коготь, выдав ворчуну указание: – Молчи, не мешай и неси нас домой!
– Не поспоришь…
Нюта терпела, накрепко сцепив зубы.
Движении Минторы были размеренными, губы шептали передаваемые Вайрелем заклятия.
Когти демонов искрились, словно железо, трущееся о металл, но понемногу выходили из живородящей. Один за другим их складывали на кусок ткани, вырванный из платья.
Анна не могла понять, что творилось с лицом матери.
Она улыбалась, чувствую помощь внучки. Ещё один малыш её девочки явно обладал магией…
Матис нервными шагами мерил покои. Анну осматривали сразу врачи и маги. Она сначала истерила, опасаясь за здоровье дочери, потом впала в апатию.
Кто лучше Льяны мог знать, повлияло ли демоническое колдовство на плод?
