Тацумити Оки был лучшим игроком в гандбольной команде. Хотя лицо его было несколько грубовато, он казался славным парнем. Все считали Синдзи Мимуру подлинным гением баскетбола, и он уйму всего знал. Среди девочек даже были по уши влюбленные в него «фанатки». (Впрочем, эти девочки учились не в их классе. В классе "Б" у Синдзи была репутация плейбоя.) Мицуру Нумаи порой вел себя как страшный забияка, но на самом деле он казался не таким уж скверным. Он был добр к девочкам. (Господи, да ведь и он уже мертв.) В Хироки Сугимуре была какая-то загадочность, и это казалось очень классным. Некоторые девочки опасались его, потому что он изучал боевые искусства, но Юмико это скорее привлекало. Впрочем, Хироки, похоже, был близок с Такако Тигусой. «Мне от Такако крепко достанется, — подумала Юмико, — если она когда-нибудь узнает. Она может быть очень крутой. Хотя вообще-то она хорошая девочка. Если вдуматься, все они хорошие — и мальчики, и девочки... Вот я и вернулась к тому же самому вопросу. Следует ли мне им доверять?»
— Так кто это? — снова спросила Юкико.
Юмико повернулась к Юкико.
Немного поколебавшись, она все-таки решила поговорить об этом с Юкико. В конце концов Юкико была ее лучшей подругой, и с ней можно было делиться чем угодно.
— Могу я тебя кое о чем спросить?
Юкико озадаченно наклонила голову.
Чтобы лучше сосредоточиться, Юмико сложила руки перед собой.
— Ты правда думаешь, — спросила она, — что в нашем классе есть ученики, которые... хотят убивать других?
Юкико слегка нахмурилась.
— Я... я имею в виду то, что многие уже... — тут голос Юмико задрожал, — уже убиты. Об этом объявили сегодня утром. С тех пор, как мы вышли из школы, было убито девять учеников. Не могли же они все покончить с собой... Кроме того, разве мы совсем недавно не слышали выстрелы?
Юмико наклонила голову и развела руками. Тут она заметила, что левая манжета ее матроски слегка порвалась.
— Теперь дальше. Сама видишь, как мы здесь напуганы. Мы обе, верно?
— Да.
— И я думаю, остальные сейчас в таком же состоянии. Все наверняка напуганы. Ты так не думаешь?
Юкико, похоже, обмозговывала сказанное.
— Да, возможно, — сказала она. — Я была так занята собственным страхом, что эта мысль мне даже в голову не пришла.
Юмико кивнула и продолжила:
— И раз нам повезло оказаться вместе, нам, вероятно, далеко не так скверно, как многим. Вот остаться одной — это настоящая жуть.
— Да, ты права.
— Теперь скажи, Юкико, что бы случилось, если бы ты, так сильно напуганная, кого-то встретила?
— Я бы убежала.
— А если бы не смогла?
Юкико тщательно обдумала ситуацию. Затем она осторожно заговорила.
— Я... пожалуй, я бы стала защищаться. Если бы я смогла что-то швырнуть... или если бы у меня был пистолет... я бы просто смогла из него выстрелить. Нет, конечно, сначала я бы попыталась поговорить. Но если бы все произошло быстро и у меня бы не было другого выхода...
Юмико кивнула.
— Вот именно. Как раз поэтому я и подумала, что никто здесь на самом деле не хочет никого убивать. По-моему, из-за того, что мы все так напуганы, мы вообразили себе, будто все остальные хотят нас убить, и приготовились отбиваться. И если мы останемся в таком состоянии, даже если никто на нас не нападет, мы в конечном итоге можем напасть сами. — Тут она сделала паузу, развела руками, уперлась ладонями в пол и подвела итог: — Думаю, все просто напуганы.
Юкико сжала полные губки. Затем опустила взгляд и неуверенно заговорила:
— Я не знаю. Некоторым я просто не могу доверять. Вроде компании Мицуко Сомы... и Кадзуо Кириямы.
Юмико натянуто улыбнулась и чуть передвинула ноги под плиссированной юбкой.
— Хорошо, Юкико. Я скажу тебе, что я думаю.
— Я слушаю.
— Если все так и пойдет, мы умрем. А лимит времени? Если в ближайшие двадцать четыре часа никто не погибнет? Даже если мы эти двадцать четыре часа проживем, нас все равно убьют.
Юкико кивнула. Вид у нее опять был очень испуганный.
— Да... это так.
— Значит, нам остается только объединиться и сообща найти какой-то выход. Верно?
— Да, но...
— Знаешь, я должна тебе кое-что рассказать. — Юмико задумчиво наклонила голову.
— Однажды, — сказала она затем, — мне пришлось пережить настоящий кошмар. А все из-за недоверия. Я тогда училась в начальной школе.
Юкико взглянула на Юмико.
— И что тогда случилось?
Юмико посмотрела в потолок. Она снова увидела лицо своей подруги. И розовые спортивные тапочки.
Затем Юмико опять обратила лицо к Юкико.
— Помнишь Котенышей? Они одно время были в большой моде. Все их любили.
— Конечно, они были такие милые. У меня они были на целлулоидном пенале.
— У меня Котеныши были на шариковой ручке с тремя стержнями. Таких ручек выпустили очень мало. Конечно, теперь это кажется страшной глупостью, но я эту ручку просто обожала.
— Ага.