– Комото, по-моему, ничего, – беспечным тоном продолжил он. – И она мне любовную записку прислала. Правда, я… гм, ей не ответил. Еще есть Уцуми, та, что в волейбольной команде. Она очень славная. В моем вкусе. Знаешь, такая общительная.
Тут Ёситоки погрустнел.
– Эй, в чем дело? – воскликнул Сюя. – Я рассказал тебе, теперь ты расскажи мне. Так кто она?
Но Ёситоки покачал головой.
– Нет, я не об этом, – сказал он.
Сюя хмуро сдвинул брови.
– А о чем?
Ёситоки, похоже, не на шутку заколебался.
– Знаешь, на самом деле я никогда этого не понимал, – наконец сказал он.
– Чего ты не понимал?
– Я хочу сказать… – Вяло болтая ногами, Ёситоки продолжил: – По-моему, если бы ты правда любил какую-то девочку, ты бы на ней женился. Верно?
– Ну да, – с идиотским выражением лица откликнулся Сюя. – Конечно. Если бы… если бы я любил какую-то девочку, я бы хотел на ней жениться… но я хочу сказать, я пока еще ни к кому ничего такого не чувствую.
– Правда? – отозвался Ёситоки, как будто именно такого ответа он и ожидал. Затем он продолжил: – Тогда допустим, что ты по каким-то причинам не можешь жениться. А если бы ты сделал той девочке ребенка, захотел бы ты его растить?
Сюе стало немного не по себе. Его представления о том, откуда берутся дети, еще только начинали формироваться.
– Сделал ребенка? Да ты еще сам ребенок. Это взрослое дело. Знаешь, я как-то раз слышал, что…
И в этот миг Сюя наконец-то вспомнил, что Ёситоки родился в результате внебрачной связи и что никто из родителей не желал его рождения. Пораженный, он молча воззрился на Ёситоки.
А тот, опустив глаза, смотрел на бревно у себя между ляжек.
– Мои родители были не такие, – наконец пробормотал Ёситоки.
И Сюе стало по-настоящему за него больно.
– Послушай, Ёситоки… – начал было он.
Но Ёситоки взглянул на Сюю и словно бы через силу произнес:
– Поэтому… я просто не знаю. Как кого-то любить. Не знаю, смог бы я кому-то в этом довериться.
Сюя продолжал отталкиваться ногами от земли, раскачивая бревно, и лишь молча смотрел на Ёситоки. Ему казалось, что тот разговаривает с ним на каком-то инопланетном языке. И в то же самое время все это звучало как некое страшное пророчество.
– По-моему…
Тут Сюя подался вперед и ухватился за углы стола, накрытого виниловой скатертью. Сёго продолжал курить, слегка щурясь.
– По-моему, Ёситоки был в то время гораздо взрослее меня. А я был просто глупым ребенком. И с тех самых пор, пока мы не перешли в младшую среднюю школу и я кое в кого не влюбился, – Сюя имел в виду Кадзуми Синтани, – Ёситоки эту тему не поднимал. Это меня вроде как беспокоило.
Вторая кастрюля тоже забулькала.
– Но затем он однажды признался мне, что ему нравится Норико. Я не подал вида… но на самом деле я был за него счастлив. И это… это было…
Тут Сюя отвернулся от Сёго. Он понял, что вот-вот заплачет.
И все же Сюя сумел сдержать слезы. А затем, не глядя на Сёго, продолжил:
– Это было всего два месяца тому назад.
Сёго по-прежнему молчал.
Сюя снова на него взглянул.
– Теперь ты понимаешь, что я должен защищать Норико до самого конца.
Сёго пристально посмотрел на Сюю.
– Понимаю, – кратко сказал он затем и потушил сигарету о скатерть.
– Не говори Норико, – попросил Сюя. – Я сам расскажу ей про Ёситоки, когда мы выберемся из этой игры.
– Ладно, – кивнул Сёго.
Осталось 22 ученика
Прошло уже пять часов с тех пор, как появился предупредительный сигнал и связь компьютера с интернетом была прервана. Синдзи Мимура просматривал документы в одном из окон на мониторе пауэрбука, который теперь служил едва ли чем-то большим текстового процессора.
Сперва Синдзи поработал с телефоном и проверил все соединения. Затем принялся без конца перезагружать компьютер, но монитор неизменно откликался одним и тем же сообщением. Наконец, отсоединив все модемные и телефонные провода, Синдзи пришел к выводу, что мобильник полностью вышел из строя. А без телефонной линии он даже не мог наладить связь со своим домашним компьютером. А также, разумеется, позвонить всем девочкам, с которыми он когда-либо гулял, и поплакаться им насчет того, что «я совсем скоро погибну, но тебя я любил больше всех». Затем Синдзи решил, что все-таки сумеет докопаться до сути, полностью разобрав мобильник… но тут вдруг остановился.
Мурашки побежали у него по спине.
До Синдзи внезапно дошло, почему он больше не мог никуда позвонить. Итак, Сакамоти и компании удалось зафиксировать номер тестовой линии, использовавшейся техником телефонной компании, который Синдзи применил для создания специального телефона со «второй постоянной памятью». Они отрезали все линии, включая эту. Вопрос был в том… как им удалось это проделать? Взлом был выполнен безупречно. Это Синдзи знал наверняка.
Тогда единственным способом обнаружить взлом, какой он только мог себе вообразить, было использование чего-то не входящего в систему безопасности их компьютеров, чего-то вне их систем предупреждения и других ручных следящих устройств. И это как-то было проделано…
И в тот самый момент, когда Синдзи понял, как, рука его машинально потянулась к ошейнику.
