– Этот монстр жрет почти триста граммов в час на лошадь. Двести пятьдесят килограммов в час. А на борту всего тонна. У Жаркова соляра больше нет, мы все выпили. И снарядов этого калибра тут нет. А все: «давай, давай!», вместо того, чтобы подготовить операцию. Так что, товарищ генерал, финита ля комедия. Мы приехали.
– Так, связь давай, лейтенант!
– Володя, к машине, поднимай антенну! – сказал Василий по ТПУ, отстегнул шлемофон и вылез на броню, давая возможность генералу попасть в танк.
– Гады прожорливые! – пробурчал Петр Петрович, задачу которого мы и финны сорвали. Но он не танкист, и соизмерять несоизмеримое умеет плохо.
Топливо мы экономили, как могли, весь марш прошли без наддува, но в бою думать об экономии невозможно, требуется динамика от танка, особенно в таких боях, когда приходится постоянно маневрировать, и носиться туда-сюда 60-тонной мухой. А заглохнет на маневре, считай секунды, сколько осталось жить: от времени выстрела до прямого попадания.
– До Подпорожья добежишь? – крикнул генерал снизу.
– Добежать-то добегу, но там снарядов нет. Они в Ояти.
– И что предлагаешь?
– Топливо в Подпорожье есть? Требуется четыре тонны, шестнадцать бочек.
– Сказали, что есть.
– Пусть сюда отправляют по железке.
– И что дальше?
– Дальше прорываемся в Лодейное Поле по этой стороне «железки». В Тененичи не сворачиваем, так напрямую и попрем до Янеги. Там переезд, и выходим на шоссе. В головной танк перебросим остатки боезапаса, оставив в машинах только пару-тройку снарядов для подрыва, в крайнем случае. Другого выхода я не вижу.
– Там же дороги нет…
– Там, где пехота не пройдет… И бронепоезд не промчится… Там ТМР ее проложит.
– В Тениконде и в Янеге – финны.
– Я знаю, товарищ генерал. Нечем у них пока с нами бороться, если, конечно, кто-нибудь еще им МЛ-20 не подарил. До Тениконды пехота пойдет с нами, здесь шоссе, но ждать ее мы не будем. Сами доберутся. А вашим надо будет отдать им машины и пересесть на броню.
– ЗиСы не отдадим. Пойдут с нами.
– Тащ генерал, потом у них заберете. Мы вернемся, получим снабжение и вернемся брать Тененичи и Свирьстрой.
Генерал вновь спустился к станции, и Володя отправил очередную шифровку. Через два часа привезли 12 бочек газойля с великой стройки. Но его хватило, дизель и такую дрянь «кушал», только дымил сильнее.
