Но Серсею от его бросало то в холод, то в раздражение ― уж слишком сильно напоминал Монморанси змея. Холодного, хитрого и изворотливого, который будет преследовать свои цели как ползучий гад ― пока не достигнет. И его интерес к королевской любимице, который проявился совсем недавно, никак не улучшал положение. Не будь он губернатором, Серсея уже давно бы послала его далеко и надолго, не стесняясь в выражениях, а тут ей приходилось терпеть.
― Благодарю вас. Как вы поживаете? ― продолжая вежливо улыбаться, поинтересовалась Серсея. Пусть она и была королевской коброй, королевской любимицей, ей приходилось тоже соблюдать этикет, даже с людьми, которые вызвали у нее беспричинное волнение, как Монморанси.
А этому, казалось, только это и надо было. Не было ясно: он действительно не понимал, что его обществе принцессе противно, и разговор продолжается только из-за обязывающей ее вежливости; либо он все прекрасно осознавал, но ради своих каких-то целей продолжа играть этот спектакль.
― Я увидел вас, значит, моя жизнь стала немного лучше.
Серсея деланно улыбнулась. С Франсуа она встречалась много раз, он часто был здесь, и все время наведывался к ней, и весьма прямо объяснялся в симпатии. В такие момента Серсея так же наигранно улыбнулась и без всякого удовольствия слушала хвалебные речи о том, какая она прекрасная, надеясь, что кто-то из родных-друзей-знакомых придет на помощь. И в этот раз она не ошиблась. Спустя пару минут ее плечо накрыла сильная мужская рука, и Франциск одарил собеседника сестры широкой улыбкой.
― Франсуа, ― поприветствовал он. ― Рады вас видеть при дворе.
― Дофин, ― Монморанси поклонился, и заметно поскучнел, на его лице явно проступало разочарование. ― Вы прибываете в добром здравии, я надеюсь?
― Разумеется. Простите, я должен забрать у вас свою сестру.
Франциск взял Серсею за талию и увел раньше, чем Франсуа успел как-то на это среагировать. Серсея успела выдохнуть. Двор и так кипел, как котел с грешниками, и она не хотела к проблемам Екатерины, Генриха и всей Франции добавлять еще и свои. Будь ее воля, она бы закрылась в покоях и никуда оттуда не выходила, проводя время в компании книг или вышивки, однако присутствие королевской любимицы было необходимо. Баш, которого Екатерина ненавидела, мог ходить, где угодно и делать что хочет, а Франциск и Серсея были лишены такой привилегии.
― Что такого срочно случилось? ― поинтересовалась Серсея, когда Франциск завел ее в темный угол бального зала, где они могил рассчитывать хоть на какую-то приватность разговора.
― Ничего, ― Франциск поймал слугу с подносом, на котором стоял графин с вином, два фужера и шоколад. ― Просто я знаю, как ты относишься к Монморанси. Решил избавить тебя от плохой компании.
― Спасибо, ― искренни поблагодарила Серсея, улыбаясь. ― А ты…?
― Что я?
Серсея усмехнулась, ненадолго спрятав губы за бокалом вина. Мария со своими фрейлинами продолжала сидеть за столом, раскладывая пасьянс, но по отстранённому взгляду королевы Шотландии было видно, что наставления Нострадамуса она приняла слишком близко к сердцу. Серсея не могла ее в этом винить. В конце концов, сама принцесса относилась к предсказаниям с невероятной серьезностью и верила всему, что говорил Нострадамус.
Франциск ждал ответа, и Серсея дала его.
― Тамаши, португальский наследник. Он вьется вокруг Марии как шмель вокруг нектара. Что будешь с этим делать?
― А я должен? ― Франциск приподнял брови, но в его глазах Серсея прочитала явное неудовольствие от вопроса. Но в отличие от родного брата Серсеи, Франциск сдержался и не нагрубил в ответ, понимая, что сестра не хотела сказать ничего плохого. ― Союз Шотландии и Франции…
― Не крепок, и ты это знаешь. По крайней мере, хочу предупредить о том, что Мария и Тамаши ездили куда-то сегодня.
Франциск сначала побледнел, потом покраснел, с силой сжав хрупкую ножку бокала. Серсея обеспокоенно накрыла его руку своей, слабо улыбаясь.
― Прости, я не со зла это говорю.
― Я понимаю, спасибо, ― улыбнулся Франциск, и Серсея не могла не улыбнуться в ответ. Она невероятно сильно любила своего единокровного брата. ― Идем станцуем, немного повеселимся.
Серсея выпустила удивленный смешок, однако Франциск уже вытащил бокал из ее руки, схватил за запястья и потянул за собой. Принцесса громко рассмеялась, чем привела к себе и брату внимание других гостей. Выведя ее в центр, Франциск церемониально поклонился сестре, дождался ответного реверанса, обхватил за талию и ни вместе закружились в танце. Сначала не в такт, но музыканты быстро подстроились под движения принца и принцессы.
