Не теряя ни секунды, я бросилась наверх, к своему гвардейцу. Не помню, как я миновала все три этажа замка, но мне показалось, будто прошло не больше минуты. Как назло, охранник сперва отказался идти со мной, видимо, решив, что я снова его проверяю.
- Быстро пошел со мной и сделал все, что приказываю! Или я не просто уволю тебя из замка, нет! Я найду твою жену, твоих родителей, твоих детей и устрою всем им двухчасовую лекцию, как нужно вести себя, когда твой работодатель что-то приказывает! – Видно по скрежету моих зубов, гвардеец все-таки понял, что я не шучу. Наконец он рванул со всех ног вместе со мной, в королевский сад, к кусту с азалиями, под которым лежит бесчувственный мужчина в дорогом камзоле.
- Но ведь это же! – В неверии гвардеец тихо выдохнул имя, но я заставила его замолчать.
- Тише, просто неси его молча в мои покои. – На лицо мужчине я накинула свою шаль. Не знаю, правильно ли я делаю, и что вообще следует делать по протоколу, когда находишь среди ночи без сознания пьяного кронпринца. Но я сделала то, что пришло мне в голову первое – спрятать его от посторонних глаз, чтобы никто из прислуги и аристократов не видел его в таком состоянии. И хоть мой охранник донес наследника на руках не без усилий, главное, что все прошло без эксцессов. Когда гвардеец бережно сгрузил его высочество на кровать и, наконец, разогнул от натуги свою спину, я заметила то, на что должна была обратить внимание, как только увидела кронпринца.
- Срочно зови лекаря, его высочество ранен. Манара, немедленно отправляйся к королю и королеве и доложи ситуацию. Но только лично им, больше ни одной живой душе, поняла? – Мельком глянула на побледневшую горничную и, убедившись, что она не наделает глупостей, осталась один на один с раненным мужчиной. И как только мне в голову пришло, что он напился? Плохо, очень плохо, что я неправильно поняла ситуацию и теперь, возможно, драгоценные минуты потеряны. Нужно было сразу понять, что такой мужчина, как он, не будет топить горе в вине! Где же этот лекарь? И что могу сделать я? В голову пришло только бережно раздеть наследника и закрыть кровоточащую рану на боку чистым полотенцем. В любой другой ситуации я бы обязательно насладилась зрелищем широкой груди и рельефным торсом, но сейчас я могла только держать мужчину за руку и молиться всем богам, чтобы все обошлось. Зато если принц умрет прямо на моей постели – репутация самой изощренной стервы будет закреплена за мной всю оставшуюся жизнь. Что за глупости лезут в голову!
- Где больной? – Пожилой мужчина с чемоданчиком в руке резво распахнул дверь комнаты и, не мешкая, начал осматривать пациента. – Колотая рана в правом подреберье. Его высочество потерял много крови, но к счастью, у меня есть его группа крови в запасе. Сейчас я буду зашивать рану, госпожа, Вам лучше выйти.
- Нет, я останусь, - доктор не стал мне перечить, вместо этого он занялся обработкой раны. Когда спирт попал в рану, больной на секунду открыл глаза.
- Лео, где же тебя так угораздило? – Не прерывая своей работы, доктор обратился к пациенту, пока тот в сознании. Видимо, они с ним на короткой ноге, потому что Леонард Второй ему ответил:
- Крэйг, эти чертовы наркоторговцы…
- Ты все же полез к ним! – Хоть негодование лекаря и было явным, его ловкие руки не остановились ни на секунду. Принц снова впал в беспамятство, а доктор недовольно проворчал, - Мальчишка!
- Стерва! То есть баронесса Монтгомери, я была у их величеств, все как Вы приказывали. – Отчитать Манару за обращение «стерва»? Ладно, на правду не обижаются.
- Что они сказали?
- Велели узнать подробности нападения.
- Скажи им, что это связано с наркоторговцами. Большего я не знаю. Доктор, что я могу сообщить королю и королеве и его состоянии?
- Он поправится, но сегодня пусть переночует у вас. Не хочу дергать его высочество без лишней необходимости.
- Все слышала? Ступай. И, Манара, - на полпути я остановила девушку, - распоряжение остается в силе. Ни одной живой душе о случившемся.
После слов доктора о том, что все обойдется, я позволила себе медленно сползти по стенке. Оказывается, не так хорошо мои ноги держали меня, как я думала. А ведь на занятии по самоконтролю в академии я всегда была лучшей студенткой. Увы, жизнь – это не тренировка. И иногда все обстоит совсем иначе. Когда доктор вышел из спальни, я уже успела взять свои эмоции под контроль и бесстрастно поинтересоваться у спасителя кронпринца:
- Все в порядке?
- Можно и так сказать. Я пришлю сиделку, чтобы приглядывала за ним ночью.
- Не надо, я сама буду наблюдать за его состоянием, - лекарь удивленно поднял брови, но я лишь отмахнулась:
- Все равно не спится. Доброй ночи. И спасибо Вам.
- Не за что. Не в первый раз. И зная темперамент кронпринца, не в последний.
