– Во всяком деле нужно видеть и позитивный аспект, – сказал Макс. – Кажется, в истории человечества мы последнее поколение, которое ещё располагает свободой делать такие глупости, как эта. Наши дети уже будут ездить в машинах без водителя, с бортовой системой, которая автоматически включит полное торможение и самостоятельно повернёт на сто восемьдесят градусов, если у кого-то хватит глупости сунуться в зимний буран на запертый перевал.
«Тойота» медленно скользила вниз, в сторону долины. О том, чтобы вернуться на перевал, борясь с гравитацией и преодолевая всё более высокий снежный покров, нечего было и думать. Корму машины то и дело заносило вбок, и тогда Тина давала газ и поворачивала руль в ту же сторону, чтобы остановить этот занос.
– Уже становится чуточку опасно то, что мы здесь делаем, – сказала она.
– Какое там чуточку, чертовски опасно, – сказал он.
– Даже гибельно.
– Хорошо, что хотя бы дети успели подрасти.
Словно в подтверждение, на следующем изгибе дороги машина прямо-таки нежно сползла с дорожного полотна и с заблокированными колёсами и заглохшим мотором остановилась в кювете с нагорной стороны. «Дворники» продолжали ёрзать по стеклу туда и сюда.
– Ну вот и всё, – сказала Тина. Она без надежды выжала сцепление и повернула ключ зажигания, прибавила газу и медленно отпустила сцепление – колёса вертелись в снегу, не встречая сопротивления. Тина снова заглушила мотор. В салоне машины стало тихо. Слышно было только ровное дыхание отопления да шлёпанье «дворников».
– М-да, – сказал Макс.
Самое позднее с этого момента всякое сопротивление стало бессмысленно, в этом Тина и Макс были едины. Чтобы выбраться, пришлось бы откопать передние колёса и подложить под них что-то прочное и твёрдое, и даже если бы это удалось – с каким уж там шанцевым инструментом, и где его взять, – и даже если бы машину получилось вытолкать на дорогу, её бы через сотню метров ждал следующий изгиб серпантина, а потом ещё один и ещё. А некоторые из этих изгибов, можно было не сомневаться, проходят не вдоль дорожных кюветов, а вдоль отвесных стен и обрывов в пропасть.
– Мой мобильник не ловит, – сказала Тина.
– Мой тоже. Но хотя бы «дворники» ещё функционируют!
– Очень весело, – приуныла Тина.
Она выключила стеклоочистители, фары и отопление салона. Ветровое стекло за несколько секунд покрылось белым пухом.
– Я вот не понимаю, почему ты выключаешь «дворники», – сказал Макс. – Ведь снег не перестал идти.
– Так лучше.
– Но давай попробуем обойтись без ещё одной глупости туристов. И пропустим столь естественный для них ход, когда люди покидают машину и пускаются в долину пешком.
– Хорошая идея. Тогда мы не погибнем через час.
– Но назад – до перевала – ближе, туда бы мы смогли добраться. Там мы видели дом'a, наверняка есть и пивная.
– А ты видел там свет?
– Кажется, нет.
– Тогда это бессмысленная растрата сил. Или ты хочешь вдобавок ещё и взломать входную дверь? Совершить порчу имущества и кражу съестного?
– Это было бы уголовно наказуемо.
– Кража съестного – нет.
– Наказуемо.
– Я говорю, мы останемся здесь сидеть и ждать, когда придёт снегоочиститель.
– Это может продлиться всю ночь. Это продлится всю ночь. До завтрашнего утра.
– Если он вообще придёт.
– Да уж придёт. Перевал не закрывается на зиму.
– А который теперь час?
– Двадцать часов сорок шесть минут.
Незыблемо и прочно, как маленькая альпийская хижина, «Королла» стояла на обочине дороги. До тех пор, пока Тина и Макс будут оставаться в машине, не открывая дверей, им не грозит никакая опасность. Даже если снегопад затянется ещё на несколько часов и машина целиком скроется под снегом, у них будет в этой машине тёплое, защищённое от ветра небольшое иглу. Термометр на панели показывал наружную температуру – минус один градус Цельсия, внутри машины было двенадцать градусов; это холодновато, но жизни не угрожало. Уж намного-то холоднее этой ночью не станет, сильного мороза при западном ветре ожидать не стоило. В багажнике лежало одеяло для пикника, Макс и Тина могли им укрыться, и вдвоём они могли согревать друг друга. Провианта, правда, у них с собой не водилось, если не считать вскрытую упаковку мятных карамелек, но их желудки были хорошо наполнены грудинкой и картофелем; больше бы они в тот вечер и не осилили.
– Эта ночь будет долгой, – сказал Макс. – Предлагаю немного поспать.
– Если ты хочешь, чтобы я спала в таких условиях, тебе придётся вырубить меня в нокаут.
– Это можно. Но я боюсь нанести тебе телесные повреждения.
– Французская полиция в прежние времена била своих арестантов телефонными книгами. Это не оставляло заметных следов.
– Не думаю, что у нас тут невзначай окажется телефонная книга.
– Окажись у нас телефонная книга, тебе не обязательно было бы нокаутировать меня, достаточно просто почитать её вслух.
– Я начал бы с первой страницы и прочитал тебе весь алфавит. Со всеми именами, адресами и номерами телефонов.
– Пока бы я не заснула.
