— Жак Кер не закончится с падением его дела во Франции. Он для этого слишком велик. Его дело может погибнуть, но если Жак Кер останется жив, он все может построить сначала. Именно этим мы и станем заниматься — здесь или в Риме. — Он начал собирать бумаги и запечатывать их. — Пока их содержание не должен знать никто, — сказал он, — даже мой главный критик Никола. — Он запечатывал бумаги по очереди и складывал их в кипу, которая выросла настолько, что грозила обвалиться. — Я должен попытаться спасти как можно больше, пока на меня не обрушился страшный удар. Всего я подготовил двадцать два письма. Вот, например, — он показал на последнюю бумагу, — инструкции, как и куда вывести суда из залива, если со мной что-нибудь случится. Когда придет время открыть эту инструкцию, вы все узнаете. Я договорился о том, чтобы вы были неподалеку от Марселя, патрулировали берега и предупреждали суда, идущие с Востока: они не должны заходить во французские порты. Я рассматривал любую вероятность и пытался на все найти ответ. Мне очень нужен д'Арлей, но пока его нет, — продолжал Кер, — я все возлагаю на вас. Вы должны всегда держать бумаги при себе, чтобы воспользоваться ими, когда возникнет необходимость. Все будет зависеть от того, насколько быстро претворятся в жизнь мои планы. Все мои факторы поддержат меня. Для каждого из них разработан свой маршрут. — Кер взглянул на капитана и неловко улыбнулся. — «Храброе сердце может творить чудеса!» Жан, нам придется продемонстрировать правильность девиза Кера.
Капитан взял все записи и спрятал их во вместительный внутренний карман.
— Я выполню все ваши приказания. Значит, когда прибудет д'Арлей, я должен буду передать ему все бумаги? Это я сделаю с огромным удовольствием.
Никола постучал в дверь и, не дождавшись ответа, вошел в комнату.
— Только что прибыл сир д'Арлей, — сообщил он.
— У меня будто груз спал с плеч! — воскликнул Кер, быстро вскакивая с кресла. — Веди его сюда быстрее. Мы здесь позавтракаем все втроем, Жан.
— Он привез с собой девушку, — спокойно объявил Никола. — Мой господин, это та самая девушка. Кажется, что они… очень взволнованы. Господин д'Арлей заявил, что должен срочно видеть вас.
Кер начал волноваться, но в то же самое время он как будто помолодел. С лица исчезли морщины, лицо порозовело, глаза заблестели. Он сильно хлопнул моряка по плечу.
— Жан, это хорошие новости. Садитесь и приветствуйте их от моего имени. Пусть они явятся через десять минут. А я за это время со всем покончу.
Д’Арлей нетерпеливо ждал в саду — и его можно было понять. Как только он снял Валери с седла, она свернулась калачиком и сразу уснула. Он смотрел на нее и думал: «Она скакала как закаленный в битвах солдат, моя милая невеста».
Он собирался позвать слугу Кера и приказать, чтобы он отнес девушку в постель, когда к нему подошел человек с чертежами под мышкой.
— Доброе утро, господин д'Арлей.
Д’Арлей узнал архитектора из Парижа, теперь он строил этот потрясающий дом для Жака Кера.
— Доброе утро, господин Пеллэ. Вы рано начинаете работу.
— Могу поспорить, — сказал архитектор, глядя на спящую девушку, — что вы скакали всю ночь.
— Это так. Моя спутница не отставала от меня, нет ничего удивительного, что она так устала.
Д’Арлей взглянул на высившиеся стены.
— Вы уже успели сделать здесь так много. Строитель мрачно согласился.
— Вы это видите в первый раз? — спросил он.
— Я бы здесь, когда стены только начали возводить, и больше сюда не приезжал.
Господин Пеллэ внезапно разразился длинным монологом.
