— Чем мы будем заниматься сегодня, милорд и мадемуазель? — тонким птичьим голосом спросил итальянец. — Может, мадемуазель пройдет движения паваны? Это очень грациозный танец.
Графу предложение не понравилось.
— Павана? Это же танец для старых вдов лет пятидесяти и стариков, страдающих ревматизмом, которые способны только ползать. Господин учитель, я предлагаю что-нибудь жи-венькое. Можно, конечно, и павану, но только с разными вариантами, элементами куранты. Должен вам сказать, что в мое время я был лучшим танцором куранта во всем Анжу. Ха, вы бы видели, как я поднимал партнершу в воздух. Ее юбки взлетали так высоко…
Граф замолчал и принялся напевать мотив куранты. Он встал на цыпочки, поднял руки над головой, качнулся, щелкнул каблуками и крикнул:
— Э-э-э!!!
Кер спросил у Рикардо, каковы успехи его ученицы. Крупное лицо расплылось в улыбке.
— Сударь, может, мне не стоит ничего говорить в присутствии мадемуазель, но должен признаться, что она стала весьма приличной танцоркой. Она двигается так грациозно. У меня никогда не было лучшей ученицы!
— Пора начинать! — Граф взял Рикардо под руку и повел в центр комнаты. — Итак: музыку и танцы! Начнем с паваны!
Кер пригласил д’Арлея сесть рядом с собой на скамью, стоявшую у стены. Они следили за подготовкой к уроку, то и дело склоняя головы набок, потому что висевшее на веревке белье мешало наблюдать за происходящим. Кер тихо сказал д'Арлею:
— Когда вы пришли сюда, у вас было дурное настроение. Я решил, что граф рассказал вам о выборе короля.
— Да, и это мне неприятно, потому что придется не согласиться с решением его величества. Я не собираюсь жениться на этой малышке.
— Робин, она является весьма лакомым кусочком. Вам не следует совершать ошибки. Есть множество придворных, которые отдали бы все, лишь бы очутиться на вашем месте. Кер внимательно взглянул на друга. — Вы мне не расскажете, почему возражаете против этого альянса?
Д'Арлей решил не выдавать истинных причин.
— Мне сейчас совсем не хочется вступать в брак. Возможно, мне просто не хочется, чтобы кто-то, кроме меня самого, занимался устройством моей личной жизни. Пусть это даже сам его величество король.
— Но вы вообще-то собираетесь жениться? Д'Арлей ответил не сразу.
— Конечно, мне рано или поздно придется жениться. Вам известно, в каких долгах находится мой братец. Но все-таки жениться просто из корысти, на деньгах я не способен. Это не для меня, господин Кер.
— Это действительно касается только вас, д’Арлей. Вы и должны решать, — согласился Кер. Он не пытался разубедить д'Арлея. — К счастью, вы сейчас можете спорить с королем. Вы стали национальным героем и его величество не захочет напороться на народный гнев, если ему в голову придет мысль наказать вас.
Пока они разговаривали, Валери танцевала под присмотром старика Рикардо. Она исполняла величественные па из паваны. Девушка величаво держала головку, слегка покачивалась, поворачивалась и делала реверансы. Затем последовали более быстрые па. Девушка держала руки на бедрах и быстро стучала каблучками по полу в такт музыке. Валери лихо приподняла широкие юбки и, покачиваясь, стала быстро перебирать ножками. Когда Валери остановилась, щеки у нее горели, глаза сверкали.
Кер наблюдал за девушкой, она достала из рукава веер и начала обмахиваться им.
— Ну, что вы о ней думаете? — спросил он д'Арлея. — Я просто поражен и не могу поверить собственным глазам, — ответил молодой человек. — Валери стала совсем другой. Это просто чудо.
— Да, это чудо. У нее изменился даже голос. Вы заметили, что он стал более низким и уверенным? Ваша чудесная родственница, конечно, вложила в девушку много сил, и благодаря ей эта маленькая провинциалочка становится настоящим драгоценным камнем. Мы часто спорим с вашей невесткой, но в конце концов я всегда сдаюсь и мне приходится признавать свою неправоту. Мадам Изабо очень умная женщина. — Кер быстро взглянул на д’Арлея. — Наверное, мы не смогли бы найти лучшей кандидатуры.
Д'Арлей неохотно кивнул:
— Должен признаться, что вы абсолютно правы.
Пока Валери танцевала, граф ни секунды не стоял спокойно. Он что-то громко напевал, подпрыгивал и импровизировал танцевальные па. Видимо, его перестала беспокоить боль в ноге. Он что-то советовал учителю танцев. Вот он хлопнул в ладоши, требуя внимания.
— Нам пора танцевать куранту, — объявил он.
— Сударь — начал протестовать старый Рикардо, — но куранту танцуют только в паре.
— Разве вы не слышали, как я сказал: «Нам пора танцевать»? Я стану партнером мадемуазель. Обещаю вам, господин Рикардо, вы сами поймете, что никогда прежде этот танец не исполнялся с большим искусством и страстью. Более того, — граф подмигнул Валери, — мы даже постараемся сделать танец несколько вызывающим. Давайте, маленькая кузиночка, занимайте место напротив меня.
