- Привет. Знаешь, что это такое? - не давая Крейну рта раскрыть, взбудораженно “налетел” на него Лайс. - Это паинит, самый редкий в мире камень! Посмотри, правда красивый? Так вот, как думаешь, сколько таких камешков у нас в королевстве хранится?
- Не знаю. Один?
- Ага, угадал, - усмехнулся Лайс. - А знаешь, какова его емкость? Помнишь грандидьерит?
Крейн, конечно, помнил этот скромный камешек смешанного бело-зелено-голубого цвета - он тогда думал, что или в заднице мозоль заработает, или его дубинка от такого интенсивного трения загорится.
- Так вот, емкость этого камешка где-то в два-три раза больше, я еще не успел измерить после огранки. Представляешь, его до сих пор даже огранять не хотели, все равно не знали, как заряжать.
- А ты знаешь? - мысль, что он сам сможет его наполнить, после упоминания грандидьерита Крейн отмел сразу - сдохнет, но и половины не зарядит.
- Я? Думаю, да. Только… - Лайс пощелкал пальцами, будто пытаясь сформулировать мысль. - Давай расскажу по порядку. Итак, ты помнишь, какое событие нас ждет скоро?
Крейн недоуменно приподнял бровь.
- Общекоролевского масштаба, - уточнил Лайс.
- Юбилей Сандраса IV?
- Ага. А какой подарок понравился бы ему больше всего?
- Какая-нибудь безделушка с уникальным камнем, единственным в мире заряженным? - уловил ход мыслей мага Крейн.
- Да, какой-нибудь нереально смертоносный кинжал.
- Тогда уж лучше меч, на войну с ножичком - несолидно, а на меньшее количество врагов такое оружие тратить кощунственно.
- Мм, да, ты прав.
- Ну так военное училище же, - пожал плечами Крейн. - И все же, как ты собрался его заряжать? Я ведь не смогу, правильно?
- Ты - нет. Мы вместе - думаю, да.
- Это как? Магию разных отдающих нельзя вливать в один кристалл, он же рванет - это все знают.
Крейн пока не понял задумки Лайса, ведь накопительные кристаллы были капризными, заполнялись один раз, никому пока не удалось добавить энергии после перерыва или сразу же, но от другого отдающего.
- Прежде чем мы продолжим разговор, я хотел бы объяснить, что получишь ты, если согласишься на этот эксперимент. Это не деньги, я даже и не знаю, во сколько можно оценить подарок королю. Да и тебе, по-моему, их уже некуда тратить. Я не думаю, что из-за очередной горсти монет ты захочешь рискнуть. А это действительно риск, я только думаю, что все получится, но… Эксперименты иногда плохо заканчиваются. Но подумай вот о чем - это будет подарок самому королю Сандрасу! Если ему придется по душе такая уникальная вещь, он достойно отблагодарит дарителей. Протекция короля - это достаточная награда, чтобы рискнуть?
Протекция короля - это всегда и везде открытые двери, даже если ты - нищая уличная попрошайка. С такой благодарностью Крейн, отказавшийся от своего родового имени, мог бы запросто выбиться в люди. Но он об этом совершенно не думал сейчас, когда Лайс замер в ожидании ответа. И о рисках он совершенно не думал, за порчу уникального камня их ведь точно по головкам не погладят, конечно, если в результате эксперимента еще останется, что гладить.
Крейн думал о другом - о том, как красиво и ярко горят энтузиазмом голубые глаза, как увлеченно Лайс рассказывает о своих экспериментах, как еще несколько минут назад Крейн уже представлял, что его выгоняют и он умоляет взять его, больше не нужного здесь, на любую подработку, лишь бы хоть изредка видеть свое голубоглазое бледнокожее наваждение. Конечно, он согласен.
- Я согласен. Что нужно делать?
- Для тебя практически ничего не изменится. Вместо аккумулятора буду я сам. Никто еще пока не додумался вливать в кристалл уже смешанную энергию.
- Почему ты не попробовал сначала на небольшом камне?
- Если уж рисковать жизнью, так по-крупному, - усмехнулся Лайс, наматывая на запястье цепочку с закрепленным на ней между делом паинитом - теперь камень касался его кожи.
Лайс подтолкнул Крейна к дивану, завалил его, усаживаясь сверху, приблизился лицом к лицу и в последний раз спросил:
- Не передумал?
- Нет.
- Если рванет, погибнем оба, - Лайс притянул к лицу запястье с камнем, напоминая.
Крейн не ответил. Он просто притянул Лайса к себе и поцеловал.
А Лайс соврал - для Крейна изменилось все. Он сходил с ума и умирал в любимых руках, когда они вдвоем катались по дивану, бешено ласкаясь и кусаясь, как два сварга в течке. У сваргов течка наступала раз в году и длилась примерно сутки, потому их легендарную ненасытность в сексе можно было понять.
Крейн, постоянно следивший за своей физической формой, даже не обратил внимания на небольшой подкожный жирок на боках неспортивного мага, хотя предыдущие любовники-самцы всегда могли похвастаться четким рельефом мышц пресса. Крейн только ущипнул мягкое место и принялся вылизывать пупок, пока “неспортивный” Лайс не перевернул его, едва не скинув с дивана. Лайс с не меньшим напором придавил Крейна собой и стал тереться всем телом, целуя-кусая его в подставленную шею. Крейн потянул его за запястье к своему лицу и вобрал в рот так давно не дававшие ему покоя пальцы…
