– Сэм, ты ведь готова поехать со мной в тур? – Эвелин стояла спиной ко мне, глядя в окно. Я обратила внимание на куртку, накинутую кем-то на единственное в комнате зеркало. Принцесса всё ещё не могла смотреть на себя с того самого дня, когда случайно выпила приворотное зелье и влюбилась в собственное отражение, – что и стало причиной объявления Дикой Охоты.
– Р-р-р…
– Сэм! – её голос сердито зазвенел.
– Да в чём дело, до него ещё целая неделя! И к тому же я была занята…
– И это поможет? – тут же спросила она.
– Несомненно, – подтвердил Зейн. – Сэм обнаружила, что это наилучшая альтернатива и натуральным, и синтетическим вариантам усиления формулы зелья.
– Сколько длится действие одной дозы на данный момент? – я пристально взглянула на Эвелин.
Она отвернулась от окна и с трудом сглотнула.
– Сегодня мне пришлось встать посреди ночи, чтобы принять новую дозу.
– Посреди ночи? – я посмотрела на Зейна, который что-то торопливо подсчитывал на пальцах. Но я-то привыкла решать такие задачки для клиентов в дедовой лавке. – Значит, одна доза работает меньше сорока восьми часов, – я поднялась и взяла Эвелин за руки. Только теперь мне стало ясно, что её бьёт дрожь. – Не бойся, мы сумеем усилить зелье.
Только бы это оказалось правдой! Зелье, над которым мы работали, было необычным – точно так же, как и человек, которому оно предназначалось, – настолько, что у него до сих пор не было названия. Хотя назвать её просто выдающейся личностью было бы слишком скромно. Благодаря своей королевской крови принцесса Эвелин являлась сильнейшим Талантом – ей даже не требовалось пользоваться каким-то талисманом, вроде палочки или перчаток, для управления потоком волшебства. Для неё колдовать было так же естественно, как дышать. Однако с того дня, как ей исполнилось восемнадцать, возросшая мощь волшебной силы грозила выйти из-под контроля. И наше зелье помогало справляться с этим, хотя традиционным решением оставался брак, позволявший разделить колдовскую силу с супругом. Согласно законам Новы, по которым страна жила с древнейших времён, принцессе следовало найти мужа – и немедленно.
– Я знаю, что сумеете, – кивнула она. Она осторожно отпустила меня и взглянула на циферблат на изящном запястье. – Мне уже пора возвращаться во Дворец…
– Вот как? – Зейн поднял брови. – Я надеялся, что ты задержишься в городе, – он обратился ко мне: – Раньше, как только Эви удавалось удрать из Дворца, её тащили назад силком. Дворец хуже тюрьмы, верно, Эви?
– Дворец хуже тюрьмы, точно, – слабо улыбнулась она. – Но я не хочу, чтобы
– Да ладно, Эви, – сказала я. – Выкладывай.
– Они ведь не додумались восстановить зеркала в твоих покоях? – спросил Зейн.
Я толкнула его в плечо, не вставая с дивана, а у Эвелин во взгляде полыхнул огонь.
– Очень смешно. Нет, если тебе угодно знать… Я познакомилась кое с кем. Точнее, мы были знакомы и раньше, но теперь я увидела всё в ином свете, – и она покраснела ещё сильнее.
– Это так круто, Эви! Мы его знаем? – спросила я. Вообще-то, я не люблю сплетен, но даже намёк на такие новости о принцессе вызывал жгучее любопытство.
– Значит, проблема решилась, ты наконец-то выйдешь замуж! – подхватил Зейн. – Ого! – он посмотрел на меня, потому что снова получил тычок в плечо. – А что? Если кто-то ей понравился, почему бы и нет? Во всяком случае, это лучше, чем выйти за какого-нибудь тупого принца родом из ниоткуда.
– То, что человек тебе
– Спасибо, Сэм, ты всегда на моей стороне! – рассмеялась Эвелин. Но Зейн в чём-то прав. Если бы он подходил, я могла бы за него выйти. Но увы – это простец.
– Ох, – в унисон вырвалось у нас с Зейном.
– Так что тупой принц родом из ниоткуда по-прежнему на повестке дня, – мрачно добавила Эвелин.
– Нет, это неправильно, – я сердито затрясла головой. – Должен быть способ обойти этот дремучий закон, – я помолчала, а потом вытащила из рюкзака свою книгу зелий. – У меня есть теория.
– Слушаю… – у Эвелин широко распахнулись глаза.