— Керф. Тогда поручите это Керфу, — тень прежней уверенности снова появилась в его голосе. Я прикусил язык и чуть было не сказал, что те лошади, которые остались, не стоят того, чтобы их посылать. Люди Нитбея, без сомнения, будут рады любой помощи. Шрюд задумался.
— Что слышно с Южного Кова? Послали ли они солдат и корабли?
— Ваше величество, от них пока нет никаких вестей, — это не было ложью.
— Что здесь происходит? — раздался крик. Это был Регал, запыхавшийся от опьянения и ярости. — Волзед, — он обвиняюще ткнул в меня пальцем, — выведи его отсюда. Позови на помощь кого-нибудь, если потребуется. Не церемонься!
Ходить за помощью Волзеду было недалеко. Двое смуглых стражников Регала пришли вместе с ним. Меня подняли на ноги; у Регала эту обязанность исполняли отборные крепкие люди. Я осмотрелся в поисках шута, надеясь хоть на какую-то помощь, но тот исчез. Я заметил бледную руку, исчезающую под кроватью, и решительно отвел глаза. Я не винил его. Он ничего не мог сделать для меня.
— Отец, он потревожил тебя своими безумными историями? А ты так болен. — Регал заботливо склонился над кроватью.
Они почти довели меня до дверей, когда король заговорил. Голос его был негромким, но в нем была прежняя властность.
— Стойте где стоите, — приказал король Шрюд стражникам. Он все еще лежал в постели, но сурово смотрел на Регала. — Нитбей в осаде, — твердо сказал он. — Мы должны оказать помощь.
Регал грустно покачал головой.
— Это просто еще один из трюков бастарда. Он хочет расстроить тебя и лишить покоя. Не было никакого призыва о помощи, не было вообще никаких посланий.
Один из стражников действовал очень профессионально. Другой, видимо, собирался вывихнуть мне плечо, даже если я не буду сопротивляться. Я постарался запомнить его лицо, в то же время пытаясь не показать, как мне больно.
— Тебе не стоило утруждать себя, Регал. Я сама отличу правду от лжи, — раздался голос королевы Кетриккен. На ней была короткая белая шерстяная куртка, пурпурные штаны и сапоги. Ее длинный горский меч висел у нее на боку, а Баррич стоял в дверях и держал плащ с большим капюшоном и длинные перчатки для верховой езды. Она заговорила тем тоном, которым обращаются к испорченному ребенку: — Возвращайтесь к своим гостям. Я поеду в Нитбей.
— Я запрещаю это! — Регал почти визжал.
В комнате внезапно все смолкло. Королева Кетриккен тихо произнесла вслух то, что все в комнате уже знали:
— Принц не может ничего запретить будущей королеве. Я еду немедленно.
Лицо Регала побагровело.
— Это наглая ложь. Подлый вымысел бастарда. Он хочет поднять Баккип и вселить в людей страх. Не было никаких вестей из Нитбея.
— Молчать! — выплюнул король. Все в комнате застыли. — Фитц Чивэл! Проклятье, освободите этого человека! Фитц Чивэл, встань передо мной! Докладывай! Откуда твои известия?
Я поправил свой камзол и откинул назад волосы. Когда я шел, чтобы встать перед моим королем, я болезненно стыдился босых ног и растрепанных волос. Я набрал в грудь воздуха и выдохнул.
— У меня было видение во сне, сир. Рябой Человек, гадающий по воде. Он показал мне красные корабли в Нитбее.
Я не посмел подчеркнуть ни единого слова. Я твердо стоял перед ними. Один из стражников недоверчиво фыркнул. У Баррича отвисла челюсть, глаза его расширились. Король Шрюд на кровати закрыл глаза и медленно выдохнул.
— Он пьян, — заявил Регал. — Уберите его отсюда! — Я никогда не слышал в его голосе такого удовлетворения. Его стражники отреагировали мгновенно и снова схватили меня.
— Как… — король вздохнул, явно борясь с болью. — Как я приказывал, — он нашел в себе еще немного сил. — Сделайте, как я приказывал. Идите немедленно! НЕМЕДЛЕННО!
Я выдернул руки у остолбеневших стражников.
— Да, ваше величество, — я старался говорить очень четко. — Немедленно отправить в Нитбей военные корабли и все рыболовные суда, которые мы сможем найти. И послать по суше всех пригодных лошадей под командой Керфа.
— Да, — король выдохнул это слово. Он сглотнул, набрал в грудь воздуха, потом открыл глаза. — Да, так я распорядился. А теперь иди.
— Немного вина, господин мой? — по другую сторону кровати материализовался шут. Я был единственным, кто заметил это. Шут заговорщицки улыбнулся и склонился над королем, помогая ему приподнять голову и глотнуть вина. Я глубоко-глубоко поклонился моему королю, повернулся и вышел из комнаты.
— Если хочешь, можешь ехать с моей стражей, — сказала мне королева Кетриккен. Лицо Регала побагровело.
— Король не приказывал вам ехать, — прошипел ей Регал.
— Но он и не запрещал мне, — королева равнодушно посмотрела на него.
— Моя королева, — в дверях показалась одна из ее стражниц, — мы готовы ехать.
Я потрясенно смотрел на нее. Кетриккен только кивнула. И повернулась ко мне:
— Ты бы лучше поспешил, Фитц, если не собираешься ехать в таком виде.
Баррич подал королеве плащ.
— Моя лошадь готова? — спросила она у стражницы.
— Хендс обещал, что она будет у дверей к тому времени, когда вы выйдете.
— Мне потребуется всего минута или две, чтобы собраться, — тихо сказал Баррич. Я заметил, что он не просит позволения.
